Она не играла роль царицы, жены Менелая, она показывала себя, свою
жажду наслаждения, готовность к нему, ненужно вламывалась в группы хористов, расталкивая их плечами, локтями, бедрами, как бы танцуя медленный и пьяный танец под музыку, которая казалась Самгину обновленной и до конца обнажившей свою острую, ироническую чувственность.
Именно в объективации, экстериоризации, отчуждении человеческой природы человек попадает во власть воли к могуществу, денег,
жажды наслаждений, славы и пр., разрушающих личность.
В половой жизни, возникающей из
жажды наслаждения и удовлетворения, торжествует не личное задание, а интересы рода, продолжение рода.
Неточные совпадения
Прежде каждое отдельное желание, вызванное страданием или лишением, как голод, усталость,
жажда, удовлетворялись отправлением тела, дававшим
наслаждение; но теперь лишение и страдание не получали удовлетворения, а попытка удовлетворения вызывала новое страдание.
— Нет людей, которым истина была бы нужна ради ее самой, ради
наслаждения ею. Я повторяю: человек хочет истины, потому что
жаждет покоя. Эту нужду вполне удовлетворяют так называемые научные истины, практического значения коих я не отрицаю.
А здесь: нервы и крепки, как у наших рабочих людей, и развиты, впечатлительны, как у нас; приготовленность к веселью, здоровая, сильная
жажда его, какой нет у нас, какая дается только могучим здоровьем и физическим трудом, в этих людях соединяется со всею тонкостью ощущений, какая есть в нас; они имеют все наше нравственное развитие вместе с физическим развитием крепких наших рабочих людей: понятно, что их веселье, что их
наслаждение, их страсть — все живее и сильнее, шире и сладостнее, чем у нас.
Эта пагубная привычка, встретившись, с одной стороны, с печальными неудачами, а с другой — с болезненной, необузданной
жаждой денег и
наслаждений, растлила целое поколение.
В силу этого-то граф плотоядными глазами стал поглядывать на Екатерину Петровну Бахметьеву, но достижение цели в этом случае было сопряжено с риском светского скандала, чего граф боялся, как огня, а там, а Грузине, жила красавица Настасья, полная здоровья и страсти и он, граф, променял ее на эту, сравнительно тщедушную женшину с почти восковым, прозрачным цветом лица, «святыми», как стал насмешливо называть Алексей Андреевич, глазами, далеко не сулящими утолить
жажду плотских
наслаждений — таковой вскоре после свадьбы сделалась Наталья Федоровна.