Неточные совпадения
— Письму я
не поверила, — после некоторой паузы снова начала она, — князю Сергию, передавшему мне чужие слова — тоже, потому что я единственная представительница на земле рода графов Завадских, у нас с покойным мужем, единственным сыном своих родителей, детей
не было, следовательно поддержка славы рода и фамильной чести всецело лежит на мне, а я лично
не сомневаюсь, что я их ревниво охраняю и опасности для них
до конца моей жизни
не вижу.
Князь Владимир, как мы знаем, был
не только
не умен, а прямо «недалек» и совершенно непрактичен. Непрактичностью же отличалась и Агнесса Михайловна, привыкшая жить сперва за спиной матери, потом мужа, а затем князя. Отказывать себе в чем-либо, пока в кармане звучала хотя какая-нибудь возможность, она
не могла. Кроме того, они оба, повторяю,
не верили до самого
конца в свое разорение. В этой мысли их поддерживали окружающие.
Неточные совпадения
— Об этом после, теперь другое. Я об Иване
не говорил тебе
до сих пор почти ничего. Откладывал
до конца. Когда эта штука моя здесь кончится и скажут приговор, тогда тебе кое-что расскажу, все расскажу. Страшное тут дело одно… А ты будешь мне судья в этом деле. А теперь и
не начинай об этом, теперь молчок. Вот ты говоришь об завтрашнем, о суде, а
веришь ли, я ничего
не знаю.
Марксизм
верил, что можно
до конца рационализировать общественную жизнь и привести ее к внешнему совершенству,
не считаясь ни с теми энергиями, которые есть в бесконечном мире над человеком и вокруг него.
Если каждый из нас попробует положить, выражаясь пышно, руку на сердце и смело дать себе отчет в прошлом, то всякий поймает себя на том, что однажды, в детстве, сказав какую-нибудь хвастливую или трогательную выдумку, которая имела успех, и повторив ее поэтому еще два, и пять, и десять раз, он потом
не может от нее избавиться во всю свою жизнь и повторяет совсем уже твердо никогда
не существовавшую историю, твердо
до того, что в
конце концов верит в нее.
Но В. Иванов
не до конца сознает трагедию всякого творчества и всякого искусства, ибо слишком
верит в религиозность культуры и творчества.
Может быть, в свете тебя
не полюбят. // Но, пока люди тебя
не погубят, // Стой, —
не сгибайся,
не пресмыкайся, // Правде одной на земле поклоняйся!.. // Как бы печально ни сделалось время, // Твердо неси ты посильное бремя, // С мощью пророка, хоть одиноко, // Людям тверди, во что
веришь глубоко! // Мало надежды? Хватит ли силы? // Но
до конца,
до грядущей могилы, // Действуй свободно,
не уставая, // К свету и правде людей призывая!