— Итак, этот вопрос решенный. Я попрошу тебя никогда и не возвращаться к разговору о завещании, у тебя, во-первых, есть законный наследник, а во-вторых, тебе еще очень и очень равно думать о смерти. Разговор этот для меня тяжел. Не правда ли, ты не
вернешься к нему?
— А, знаю, знаю: сейчас, милейший Иван Павлович, я
вернусь к вам и мы это дело уладим, — и хозяйка, быстро встав с дивана, исчезла за портьерой.
Неточные совпадения
—
Вернулся мой приятель, получил известие о смерти своей тетки, жившей в ближайшем уездном городе. Сейчас это лошадей туда. Пока там, с похоронами возился, наследство кое-какое осталось ему по завещанию, пришлось в губернский город ехать — утверждать завещание. Все это он покончил, имущество принял, во владение ввелся. Месяца через два в имение
к себе
вернулся.
— И вы не боитесь, если предмет вашей первой любви жив, что вы
вернетесь к этой любви?
Карнеев
вернулся домой совершенно успокоенным и ревностно принялся за свои запущенные болезнью княжны Лиды занятия, прерывая их лишь для посещения панихид в доме Шестовых. Он проявил за эти дни какую-то лихорадочную деятельность. Казалось, он спешил окончить свои дела,
к чему-то приготовляясь. Константин Николаевич был очень доволен такой переменой в искренно любимом им человеке.
— Оттуда я возвращусь на станцию и прибуду в Т. с вечерним поездом, а ты
вернешься после обедни
к Фальк.
Вдруг Антон Михайлович вздрогнул: ему живо припомнился самый страшный день в его жизни. Это было месяца через четыре после получения письма княжны. Он только что
вернулся с лекции, как
к нему явился незнакомый ему молодой человек.
Она, для спасения мужа из водоворота пагубной страсти, не прибегала
к рутинным сценам, но в один прекрасный день, укатив с его согласия, на несколько дней в Москву, прислала ему оттуда категорическое письмо о том, что она более не намерена
вернуться, но что он, если пожелает, может выйти в отставку и переехать в Москву, где она встретит его верной женой.
В один прекрасный день, если только у Николая Леопольдовича были прекрасные дни, когда он
вернулся домой
к обеду, лакей подал ему визитную карточку, на которой было напечатано: Стефания Павловна Сироткина.
Прошло около месяца. Гиршфельд только что
вернулся из Москвы, куда ездил для окончания последних дел и решил наконец приступить
к «шестовскому» делу. Время казалось ему самым удобным. Князь Владимир в блаженстве, около своей ненаглядной Агнессочки, и, считая Николая Леопольдовича главным устроителем этого блаженства, слепо верил в его дружбу. Ни малейшее сомнение в уме, практичности и честности его поверенного не могло закрасться в его душу. Гиршфельд вызвал его
к себе «по делу».
Вернувшись в кабинет, он сел
к письменному столу и задумался.
«Всё-таки он хороший человек, правдивый, добрый и замечательный в своей сфере, — говорила себе Анна,
вернувшись к себе, как будто защищая его пред кем-то, кто обвинял его и говорил, что его нельзя любить. Но что это уши у него так странно выдаются! Или он обстригся?»
Я нашел и настрелял довольно много дичи; наполненный ягдташ немилосердно резал мне плечо, но уже вечерняя заря погасала, и в воздухе, еще светлом, хотя не озаренном более лучами закатившегося солнца, начинали густеть и разливаться холодные тени, когда я решился наконец
вернуться к себе домой.
В этот день его желание
вернуться к себе самому было особенно напряженно, ибо он, вот уже несколько дней, видел себя рекрутом, который неизбежно должен отбывать воинскую повинность.
Присев к столу, она написала ему записку, в которой просила его притти к ней непременно, нынче же и, с удивлением покачивая головой на то, чтò она видела,
вернулась к себе в гостиницу.
Неточные совпадения
Я решился тебя увезти, думая, что ты, когда узнаешь меня, полюбишь; я ошибся: прощай! оставайся полной хозяйкой всего, что я имею; если хочешь,
вернись к отцу, — ты свободна.
Придя
к этому заключению, он
вернулся домой вдвое злее и раздражительнее, чем вышел.
Вернулись бабы
к вечеру, // Нет только свекра-батюшки, // Ждут ужинать его.
Алексей Александрович
вернулся из министерства в четыре часа, но, как это часто бывало, не успел войти
к ней.
— Да, я поеду, — опоминаясь и вставая, сказала Анна. — А если без меня будет телеграмма, прислать
к Дарье Александровне… Нет, я сама
вернусь.