Неточные совпадения
С левой стороны находилась громадная арка с приподнятой на толстых шнурах портьерой, открывавшей вид в следующую комнату-альков, всю обитую белой шелковой материей. В глубине ее виднелась пышная
кровать, а справа роскошный туалет, с
большим овальным зеркалом в рамке из слоновой кости. Альков освещался молочного цвета фонарем, спускавшимся из центра искусно задрапированного белоснежным шатром потолка. Пол был устлан белым ангорским ковром.
Он остановился перевести дух. Княжна все время смотрела на него в упор своими
большими глазами, горевшими зеленым огнем, то приподнимаясь, то садясь на
кровать, но не вымолвила ни слова. Плакать она перестала.
Она вскочила с
кровати и быстро зашагала взад и вперед по своей камере. Мысли ее приняли другое направление. Она уже
больше не думала ни о Гиршфельде, ни о своей мести. Она вся углубилась в анализ своего собственного я.
Это была
большая комната, обитая голубою шелковою материей, освещенная голубым фонарем, спускавшимся с потолка. Роскошная, уже приготовленная
кровать стояла по середине. Он никогда не был в ее спальне. Вид ее постели остановил биение его сердца. Он несколько минут стоял, как окаменелый.
Раздался выстрел. Сбежавшаяся прислуга застала князя уже мертвым. Он лежал на
кровати. Огнестрельная рана зияла в правом виске. Алая кровь обагрила белоснежные, батистовые наволочки подушек и лежавший у постели белый ангорский ковер. Правая рука спустилась с
кровати. Револьвер
большого калибра валялся на ковре. На лице князя застыла улыбка какого-то блаженного довольства.
Он провел панов в комнатку направо, не в ту, в большую, в которой собирался хор девок и накрывался стол, а в спальную, в которой помещались сундуки, укладки и две
большие кровати с ситцевыми подушками горой на каждой.
По одной из стен ее в алькове виднелась
большая кровать под штофным пологом, собранным вверху в большое золотое кольцо, и кольцо это держал не амур, не гений какой-нибудь, а летящий ангел с смертоносным мечом в руке, как бы затем, чтобы почиющему на этом ложе каждоминутно напоминать о смерти.
Ночь. Зеленое, оранжевое, синее; красный королевский инструмент; желтое, как апельсин, платье. Потом — медный Будда; вдруг поднял медные веки — и полился сок: из Будды. И из желтого платья — сок, и по зеркалу капли сока, и сочится
большая кровать, и детские кроватки, и сейчас я сам — и какой-то смертельно-сладостный ужас…
Неточные совпадения
Барин тут же велел Петрушке выдвинуть из-под
кровати чемодан, покрывшийся уже порядочно пылью, и принялся укладывать вместе с ним, без
большого разбора, чулки, рубашки, белье мытое и немытое, сапожные колодки, календарь…
Ни словечка при этом не вымолвила, хоть бы взглянула, а взяла только наш
большой драдедамовый [Драдедам — тонкое (дамское) сукно.] зеленый платок (общий такой у нас платок есть, драдедамовый), накрыла им совсем голову и лицо и легла на
кровать лицом к стенке, только плечики да тело все вздрагивают…
Налево от двери стояли ширмы, за ширмами —
кровать, столик, шкафчик, уставленный лекарствами, и
большое кресло, на котором дремал доктор; подле
кровати стояла молодая, очень белокурая, замечательной красоты девушка, в белом утреннем капоте, и, немного засучив рукава, прикладывала лед к голове maman, которую не было видно в эту минуту.
Блестели золотые, серебряные венчики на иконах и опаловые слезы жемчуга риз. У стены — старинная
кровать карельской березы, украшенная бронзой, такие же четыре стула стояли посреди комнаты вокруг стола. Около двери, в темноватом углу, —
большой шкаф, с полок его, сквозь стекло, Самгин видел ковши, братины, бокалы и черные кирпичи книг, переплетенных в кожу. Во всем этом было нечто внушительное.
Я лежал на
кровати, в незнакомой горнице, и чувствовал
большую слабость.