Неточные совпадения
Мало-помалу молившиеся разошлись, я
остался один; в смятении мыслей я не знал, куда идти, и, наконец, машинально, вместо того, чтобы выйти общими дверями из
церкви, вышел северными дверями в алтарь.
Сам же он с графом Милорадовичем и генерал-адъютантами: князем Трубецким, графом Голенищевым-Кутузовым и другими пошел в малую дворцовую
церковь, но узнав, что она, после разных в ней переделок, еще не освящена, возвратился в большую, где еще
оставалось духовенство после молебствия, и здесь присягнул императору Константину и подписал присяжный лист. Его примеру последовали все бывшие с ним и еще разные другие, случившиеся тогда во дворце, военные и гражданские чины.
До 10 часов позволялось всем прикладываться и служить панихиды, а после
церковь запиралась и
оставались при теле дежурные и священники. Золотую корону носил обыкновенно во время процессии князь Николай Григорьевич Волконский с двумя ассистентами из дворян; ордена несли дворяне, также при ассистентах, все в траурных мантиях и шляпах.
Они приехали в Тамбов, проехали город и остановились у маленького домика в три окна за красной
церковью; особенно
осталась в памяти Бахметьевой эта красная
церковь, да еще застава с орлами, которой оканчивалась улица, на которой стоял домик.
Но среди мрачных явлений и недобрых дел, несколько отрадно проявление не совсем угасших чувств и совести, веры и сознания долга. Дерзость и бесчеловечие не имели границ, но отрицание долга повиновения не дерзало явно обнаруживаться. Напротив, проявлялось сознание необходимости подчинения и
остались нерушимыми благоговейный страх и вера в святость
церкви и верховной власти.
Он не верил ни в чох, ни в смерть, но был очень озабочен вопросом улучшения быта духовенства и сокращения приходов, причем особенно хлопотал, чтобы
церковь осталась в его селе.
Так что предсказание о том, что придет время, когда все люди будут научены богом, разучатся воевать, перекуют мечи на орала и копья на серпы, т. е., переводя на наш язык, все тюрьмы, крепости, казармы, дворцы,
церкви останутся пустыми и все виселицы, ружья, пушки останутся без употребления, — уже не мечта, а определенная, новая форма жизни, к которой с всё увеличивающейся быстротой приближается человечество.
Неточные совпадения
Это полусказочное впечатление тихого, но могучего хоровода
осталось у Самгина почти на все время его жизни в странном городе, построенном на краю бесплодного, печального поля, которое вдали замкнула синеватая щетина соснового леса — «Савелова грива» и — за невидимой Окой — «Дятловы горы», где, среди зелени садов, прятались домики и
церкви Нижнего Новгорода.
Многие обрадовались бы видеть такой необыкновенный случай: праздничную сторону народа и столицы, но я ждал не того; я видел это у себя; мне улыбался завтрашний, будничный день. Мне хотелось путешествовать не официально, не приехать и «осматривать», а жить и смотреть на все, не насилуя наблюдательности; не задавая себе утомительных уроков осматривать ежедневно, с гидом в руках, по стольку-то улиц, музеев, зданий,
церквей. От такого путешествия
остается в голове хаос улиц, памятников, да и то ненадолго.
Таким образом, все происходит без малейшего сожаления церковного, ибо во многих случаях там
церквей уже и нет вовсе, а
остались лишь церковники и великолепные здания
церквей, сами же
церкви давно уже стремятся там к переходу из низшего вида, как
церковь, в высший вид, как государство, чтобы в нем совершенно исчезнуть.
Когда же римское языческое государство возжелало стать христианским, то непременно случилось так, что, став христианским, оно лишь включило в себя
церковь, но само продолжало
оставаться государством языческим по-прежнему, в чрезвычайно многих своих отправлениях.
Церковь в истории легко принимала царство Кесаря, т. е. царство объективации, но в ней всегда
оставался и другой элемент.