Неточные совпадения
Смерть мужа не поразила Ольгу Николаевну своею неожиданностью — он уже с год, как был прикован к постели,
и месяца три его смерти ожидали со дня на день —
и не внесла какое-либо изменение в домашний режим, так как не только во время тяжкой болезни Валериана Павловича, но
и ранее, с первого дня их брака, Ольга Николаевна была в доме единственной полновластной
хозяйкой, слову которой безусловно повиновались все домашние, начиная с самого
хозяина дома
и кончая последним «казачком» их многочисленной дворни.
Дом Валериана Павловича Хвостова был один из немногих московских домов, где Елизавета Андреевна Аракчеева бывала запросто
и всегда была радушно принимаема, как
хозяином, так
и хозяйкой.
В гостиной, несмотря на поздний час ночи, сидели
хозяин с
хозяйкой, графиня Аракчеева
и Зарудин с Кудриным.
По-прежнему, таким образом, в гостиной фон Зееманов собирался интимный кружок, состоявший из Николая Павловича Зарудина
и Андрея Павловича Кудрина, да приезжавшей гостить Натальи Федоровны Аракчеевой. Изредка забегал на огонек, что было в обычаях Москвы того времени, кто-нибудь из московских знакомых, всегда радушно принимаемый
хозяином и хозяйкой.
Не менее мудро поступает он и с гостями во время пирований, которые приходятся на большие праздники, как рождество, пасха или престольные, и на такие семейные торжества, как свадьба, крестины, именины
хозяйки и хозяина. Он прямо подносит приходящему гостю большой стакан водки, чтобы он сразу захмелел.
И вот, наконец, в дверях появился и отдал почтительный, но полный неизмеримого достоинства поклон
хозяйке и хозяину высокий, плотный мужчина лет пятидесяти.
Там великий муж, окруженный отцами и матерями семейств,
хозяйкой и хозяином, что-то с жаром толковал одной даме, к которой его только что подвели.
Неточные совпадения
Так
и Чичикову заметилось все в тот вечер:
и эта малая, неприхотливо убранная комнатка,
и добродушное выраженье, воцарившееся в лице
хозяина,
и поданная Платонову трубка с янтарным мундштуком,
и дым, который он стал пускать в толстую морду Ярбу,
и фырканье Ярба,
и смех миловидной
хозяйки, прерываемый словами: «Полно, не мучь его», —
и веселые свечки,
и сверчок в углу,
и стеклянная дверь,
и весенняя ночь, которая оттоле на них глядела, облокотясь на вершины дерев, из чащи которых высвистывали весенние соловьи.
Хозяйка уже изъявила было готовность послать за пуховиками
и подушками, но
хозяин сказал: «Ничего, мы отдохнем в креслах», —
и хозяйка ушла.
Хозяин,
и хозяйка,
и мамка — все побежали за одеколоном; со всех сторон принялись его вытирать.
Засим, подошедши к столу, где была закуска, гость
и хозяин выпили как следует по рюмке водки, закусили, как закусывает вся пространная Россия по городам
и деревням, то есть всякими соленостями
и иными возбуждающими благодатями,
и потекли все в столовую; впереди их, как плавный гусь, понеслась
хозяйка.
Ввечеру подавался на стол очень щегольской подсвечник из темной бронзы с тремя античными грациями, с перламутным щегольским щитом,
и рядом с ним ставился какой-то просто медный инвалид, хромой, свернувшийся на сторону
и весь в сале, хотя этого не замечал ни
хозяин, ни
хозяйка, ни слуги.