Неточные совпадения
Горечь семейного раздора с
летами исчезла совершенно. Короткое, свободное от многосложных занятий время граф проводил в своем любимом Грузине, около своего верного друга Настасьи Федоровны, ставшей полновластной хозяйкой и в имении, и в сердце своего знаменитого повелителя, и если бы не огорчения со стороны его названного сына Михаила Андреевича Шуйского, графа можно было бы назвать
счастливым.
Оба они в один
год сошли в могилу, почти следом за своей монархиней, когда их единственной дочери шел двадцать шестой
год, не оставив ей никакого состояния, кроме знатности и красоты. Последняя в тот романтический век была сама по себе хорошим капиталом, не в том смысле, как понимается это выражение теперь, а действительным состоянием, обеспечивающим девушку на всю жизнь и делающим ее
счастливой и довольной.
— Плохое дело старость, — начал, вздохнув, Алексей Андреевич, — хотелось бы потрудиться да поработать, но силы изменяют. Вот в твои
лета я работал и усталости не знал. Самый
счастливый возраст, чтобы трудиться для собственной и ближнего пользы — так охоты, видно, нет, лень одолела, а между тем, и стыдно, и грешно человеку в твоих
летах тратить попусту время…
Он рассчитывал пробыть в Польше до конца
года, а может быть, и больше, несмотря на искреннюю привязанность к своему семейному кружку. Восторженная его любовь к цесаревичу была сильнее всего, и он нигде не чувствовал себя лучше и
счастливее, как в обществе своего достойного брата.
— Вот как! — расхохотался он. — Вы за эти
годы стали совершенно тонкой барыней из московского bean monde'a и, быть может, чем черт не шутит, верной женой, так что считаете за грех даже вспомнить те
счастливые минуты, которые вы проводили в моих объятиях…
Воображение возобновило перед ним впечатления того
счастливого лета, которое он провел здесь невинным юношей, и он почувствовал себя теперь таким, каким он был не только тогда, но и во все лучшие минуты своей жизни.
Счастливое лето шло в Гапсале быстро; в вокзале показался статный итальянский граф, засматривающийся на жгучую красоту гречанки; толстоносый Иоська становился ей все противнее и противнее, и в одно прекрасное утро гречанка исчезла вместе с значительным еще остатком украденной в откупе кассы, а с этого же дня никто более не встречал в Гапсале и итальянского графа — поехали в тот край, где апельсины зреют и яворы шумят.
Мы станем свято твою память чтить, // Хранить ее на многие и
счастливые лета, // Позволь, о светлый дух, тебя молить: // Да услышана будет молитва эта!
Неточные совпадения
— Никогда!.. Впрочем, вот уж два
года хочу все замок купить, — прибавил он небрежно. —
Счастливые ведь люди, которым запирать нечего? — обратился он, смеясь, к Соне.
— Четыре стены, до половины покрытые, так, как и весь потолок, сажею; пол в щелях, на вершок, по крайней мере, поросший грязью; печь без трубы, но лучшая защита от холода, и дым, всякое утро зимою и
летом наполняющий избу; окончины, в коих натянутый пузырь смеркающийся в полдень пропускал свет; горшка два или три (
счастливая изба, коли в одном из них всякий день есть пустые шти!).
Но слова о ничтожестве человека пред грозной силой природы, пред законом смерти не портили настроение Самгина, он знал, что эти слова меньше всего мешают жить их авторам, если авторы физически здоровы. Он знал, что Артур Шопенгауэр, прожив 72
года и доказав, что пессимизм есть основа религиозного настроения, умер в
счастливом убеждении, что его не очень веселая философия о мире, как «призраке мозга», является «лучшим созданием XIX века».
— Что же делать, господин офицер. Он предлагает мне хорошее жалование, три тысячи рублей в
год и все готовое. Быть может, я буду
счастливее других. У меня старушка мать, половину жалования буду отсылать ей на пропитание, из остальных денег в пять
лет могу скопить маленький капитал, достаточный для будущей моей независимости, и тогда bonsoir, [прощайте (фр.).] еду в Париж и пускаюсь в коммерческие обороты.
1776-й
год наступил для Глупова при самых
счастливых предзнаменованиях.