Неточные совпадения
Восторженный прием, оказанный ему французами при его вступлении в Париж, наглядно доказал, что эти последние сами вздохнули свободнее, когда их «железный
вождь», увлекший их, подобно стихийной силе, заманчивой, но не сбыточной перспективой завоевания мира, пал от «роковой улыбки» и мановения
руки «русского витязя» — говоря словами другого бессмертного поэта.
Заговор, говоря языком официальным, был потушен при первом вылившемся наружу языке пламени, полное спокойствие воцарилось в империи. Оно явилось как бы реакцией, сопровождая несколько бурное воцарение императора Николая Павловича, а твердая
рука царственного
вождя России ручалась за продолжительность этого спокойствия.
Неточные совпадения
«
Вождь», — соображал Самгин, усмехаясь, и жадно пил теплый чай, разбавленный вином. Прыгал коричневый попик. Тело дробилось на единицы, они принимали знакомые образы проповедника с тремя пальцами, Диомидова, грузчика, деревенского печника и других, озорниковатых, непокорных судьбе. Прошел в памяти Дьякон с толстой книгой в
руках и сказал, точно актер, играющий Несчастливцева:
И перед синими рядами // Своих воинственных дружин, // Несомый верными слугами, // В качалке, бледен, недвижим, // Страдая раной, Карл явился. //
Вожди героя шли за ним. // Он в думу тихо погрузился. // Смущенный взор изобразил // Необычайное волненье. // Казалось, Карла приводил // Желанный бой в недоуменье… // Вдруг слабым манием
руки // На русских двинул он полки.
Но современный вождь-диктатор снова превращается в мага и скоро, вероятно, будет налагать
руки для исцеления болезней.
Несчастный
вождь! как ярко просиял // Восход его шумящей, бурной жизни. // Я радуюсь, великородный витязь, // Что кровь его с отечеством мирится. // Вины отцов не должно вспоминать; // Мир гробу их! приближься, Курбский.
Руку! // — Не странно ли? сын Курбского ведет // На трон, кого? да — сына Иоанна… // Всё за меня: и люди и судьба. — // Ты кто такой?
На это граф возразил, что избранный католиками-рыцарями своим
вождем, инославный монарх явится свидетельством перед целым светом того могущества, которое заключается в
руках этого монарха, и того великодушия, которое окажет он, государь, христианству, забыв несчастный разрыв между церквами восточной и западной.