Неточные совпадения
Арифметика была коньком Алексея: учитель не мог уже следить
за учеником. Он сам себе задавал такие большие числа для умножения, которых дьячок и выговорить не умел. Не умел их выговорить и ученик, но это не мешало ему все же их множить и тешиться, когда проверкою деления искомые были получены верно. Это было его любимое препровождение
времени.
В мальчике, впрочем,
за это
время не изгладилось впечатление, произведенное на него Корсаковыми: он крепко стоял на своем и все мечтал о кадетах.
Начиная же с 1815 года, то есть именно с того
времени, которое мы избираем
за исходный пункт нашего правдивого повествования, он стоял на высоте своего могущества — быв правою рукою императора и рассматривал вместе с ним все важнейшие дела государственного управления, не исключая и дел духовных.
Впрочем, граф и на самом деле бывал в своем доме лишь наездом, живя
за последнее
время постоянно в Грузине, имении, лежавшем на берегу Волхова, в Новгородской губернии, подаренном ему вместе с 2500 душ крестьян императором Павлом и принадлежавшем прежде князю Меньшикову. Даже в свои приезды в Петербург он иногда останавливался не в своем доме, а в Зимнем дворце, где ему было всегда готово помещение.
В доме царило относительное довольство. Федор Николаевич, кроме довольно значительного для того
времени пенсиона и скопленного во
время долговременного командования полком изрядного капитальца, владел еще небольшим именьицем, с пятьюдесятью душами крестьян, в средней полосе России, полученным им в приданое
за женой.
За последнее
время Николай Павлович стал кататься на Васильевский остров гораздо чаще — раза два, три каждую неделю.
Лидочка в одном из уголков довольно обширной гостиной, полуосвещенной четырьмя восковыми свечами, сосредоточенно играла в куклы, находясь обыкновенно к вечеру в таком состоянии, о котором домашние говорили «на нашу вертушку тихий стих нашел», и лишь одна Катя Бахметьева,
за последнее
время чуть не ежедневно посещавшая Талечку, глядела на разговаривающих во все свои прекрасные темно-синие глаза.
Талечка слушала ее с прежним удивленно-вопросительным взглядом своих чудных, детских глаз. Действительно, Катя заметно
за последнее
время осунулась и побледнела, чего Наталья Федоровна, видя свою подругу чуть ли не каждый день, прежде и не заметила.
За последнее
время старик Зарудин, хотя все еще держался молодцом, сравнительно, осунулся и одряхлел: вынесенные им служебные неприятности, неожиданная отставка, наложили свою печать на этого привыкшего к власти человека.
Далее из рассказа старика Зарудина оказывалось, что в районе той губернии, где он начальствовал
за последнее
время, находилось имение графа Аракчеева. Земская полиция приходила часто в столкновение с сельскими властями, поставленными самим графом и отличавшимися, по словам Павла Кирилловича, необычайным своеволием, так как при заступничестве своего сильного барина они рассчитывали на полную безнаказанность. Некоторые из столкновений дошли до сведения графа и последний написал к Зарудину письмо.
— Убей меня Бог, коли я не прав,
за реку отправил молодца изверг, — продолжал разговаривать сам с собою Зарудин. — Время-то вон уже какое позднее…
— Напугали вы меня, ваше превосходительство, понапрасну только, снова повторю: не начальник граф Алексей Андреевич, а золото для помнящих присягу служак, сказочно, можно сказать, случилось это, все повышения и ордена
за обедом в какой-нибудь час
времени получил… — залпом выпалил Костылев.
Это стало с ним
за последнее
время случаться нередко, он сердился на себя, но не мог ничего поделать с собой: обитательница коричневого дома окончательно похитила его сердечный покой.
Время за чаем и закуской для всех, кроме Натальи Федоровны, промелькнуло незаметно. Кудрин очень понравился Федору Николаевичу; старик оживился и рассказывал один
за другим различные эпизоды из своей боевой жизни.
Эти таборы покрывали почти весь склон берега, где дымились самовары, кипели кофейники, распространявшие на изрядное пространство запах жженого цикория, и где было разливное море пенящегося пива, в те благословенные
времена общей дешевизны продававшегося чуть ли не
за три копейки медью бутылка.
Старик Хомутов с радостью замечал, что прогулка развлекает Талечку, она оживленно беседовала с отцом, расспрашивала о встречающихся незнакомых ей лицах, раскланивавшихся с Федором Николаевичем, на лице ее появилось даже резкое
за последнее
время одушевление, а на губах заиграла давно невиданная улыбка.
В описываемое нами
время в селе Грузине царил образцовый порядок — там сам граф входил положительно во все, и кроме того,
за всеми глядел зоркий глаз графской экономки Настасьи Федоровны Минкиной. На улицах села была необыкновенная чистота, не видно было ни сору, ни обычного в деревнях навозу, каждый крестьянин обязан был следить
за чистотой около своей избы, под опасением штрафа или даже более строгого наказания.
Часто, во
время бессонных ночей, граф, переодетый и замаскированный, ходил по Грузину, наблюдая
за порядками в селе, нравами своих крестьян и выполнением его приказаний.
— Я не шучу, а чует мое стариковское сердце, заметил я, что сильно
за последнее
время изменился ко мне его превосходительство Федор Николаевич. Приготовить-то надо тебя к этому, не молчать же мне, да сразу обухом тебя по голове и ляпнуть…
Отец и мать
за последнее
время восхваляли при ней его на все лады, как человека и как верного слугу государя, восторгались его государственною деятельностью, направленной исключительно ко благу России, говорили, наконец, о его богатстве, о необычайных порядках, которые он завел в своем обширном поместьи Грузине.
Ему
за последнее
время казалось, что он совершенно свыкся с мыслью, что Талечка, как он продолжал мысленно называть ее, потеряна для него навсегда.
Скажем несколько слов о прошлом этого настоящего фаворита грузинской «графини», как называли
за последнее
время Минкину дворовые люди и крестьяне села Грузина.
Нельзя сказать, чтобы Егор Егорович без душевного трепета принял решение вступить в грузинскую службу, но его побудила к этому неопределенность будущего, так как старик Апфельбаум, сильно прихварывавший
за последнее
время, уже с год как искал случая продать свою аптеку и пожить на покое.
Все эти ощущения смутно переживались его разгоряченным мозгом в то
время, когда он твердою походкой шел по направлению к графскому дому
за своей путеводительницею — старой Агафонихой.
Пронесся год, не принеся с собой никаких перемен в его жизни, разве усугубив тяжесть его положения; так как граф
за последнее
время редко навещал Грузино, а полновластная Настасья на свободе предавалась бесшабашным кутежам, требуя, чтобы он разделял их с нею и отвечал на ее давно уже надоевшие ему да к тому же еще пьяные ласки.
В довершение несчастья, на мрачном фоне его будничной жизни стал
за последнее
время светлым пятном мелькать образ хорошенькой девушки, белокурой Глаши, горничной Настасьи Федоровны, сгущая еще более окружающий его мрак.
Минкина приподнялась из-за стола и стала быстрыми шагами ходить по комнате, сначала молча, лишь по
временам хватаясь
за голову, а потом воскликнула...
Попав в вихрь высшего петербургского света того
времени, в водоворот шумной, с разнообразными, одно
за другим сменяющимися впечатлениями придворной жизни, молодая графиня ходила первое
время в каком-то полусне.
У нее не было
времени сосредоточиться, задуматься не только над пестрой волной новых лиц, хлынувших на нее, но даже над своим собственным мужем, которого она видела только
за обедом или перед сном, и даже в первом случае очень редко с глазу на глаз, так как почти ежедневно
за столом являлся Петр Андреевич Клейнмихель и еще несколько приглашенных.
Только в одном из докладов графу помощника управляющего Воскресенского появилось краткое известие: «А Настасья Федоровна,
за последнее
время, все прихварывает».
— Может, вы думаете, ваше сиятельство, что я полоумная… Не бойтесь, в полном рассудке, хотя
за последнее
время вся исстрадалась я да измучилась, но видно родилась я такая крепкоголовая… Простите меня, ваше сиятельство, окаянную, поведаю я вам тайну великую, все равно от людей услыхали бы, бремя с души своей сниму тяжелое… Слушайте, как на духу, ни словечка не солгу я вам…
Время, как мы уже заметили, хотя и томительно медленно, но шло вперед, день
за днем уходил в вечность, чтобы не возвращаться никогда со всеми его прошлыми треволнениями, выдвигая
за собою другие дни, также разительно не похожие друг на друга, хотя с первого взгляда подчас чрезвычайно однообразные. Понятие об однообразии жизни есть результат нравственной близорукости людей.
По мере рассказа подруги, Наталья Федоровна постепенно приходила в себя. Это открытие, почти циничное глумление молодой девушки над тем светлым прошлым, которое графиня оберегала от взгляда непосвященных посторонних людей, от прикосновения их грязных рук, как
за последнее
время решила она, производило на нее ощущение удара кнутом, и от этой чисто физической боли притуплялась внутренняя нравственная боль, и она нашла в себе силы деланно-равнодушным тоном заметить, когда Бахметьева кончила свой рассказ.
Отсутствие графа даже радовало ее, образовавшаяся между ними
за последнее
время с той роковой ночи, когда она выслушала исповедь Настасьи, по день похорон ее отца, когда она впервые после долгой разлуки увидала Николая Павловича Зарудина, пропасть делала постоянное общение с ним почти невыносимым.
Когда гвардейские полки прибыли в Петербург и подошли церемониальным маршем к Зимнему дворцу, все офицеры получили в награду
за поход третное жалованье, а солдаты по рублю; конногвардейскому полку, как отбившему французское знамя в битве, пожалован георгиевский штандарт. Георгиевские кресты были даны великому князю Константину Павловичу, Багратиону, Милорадовичу, Дохтурову и другим генералам. Кутузов
за все
время похода получил Владимира I степени и фрейлинский вензель для дочери.
Во
время войны союзников с Наполеоном Пруссия держалась нейтралитета, и хотя общественное мнение было
за войну, а войско ненавидело Наполеона, осторожный и малодушный король Фридрих Вильгельм держал себя робко и употреблял все средства, чтобы отклонить разрыв с сильным завоевателем.
Страна ровная, с открытыми границами со всех сторон, Пруссия не представляла даже в середине таких преград,
за которыми после уничтожения армии, можно было укрыться на
время и организовать народное восстание, к тому же французская армия была почти у границ Пруссии и Наполеону не нужно было в войне с нею побеждать даже расстояния.
Других горизонтов и не открывалось еще тогда для деятельности русской женщины,
за единичными исключениями, а потому взгляд Алексея Андреевича был совершенно в духе его современников, и не его, конечно, можно винить в этом, если, скажем кстати, и в настоящее
время вопрос о пресловутых женских нравах является очень и очень спорным.
Масса государственных дел положительно отнимала у него все
время, совершенно поглощала его и не давала возможности, даже при желании, следить
за внутреннею жизнью близких ему людей, а быть может он и не подозревал о существовании такой жизни.
Злобным взглядом проводила издали Бахметьева графиню Наталью Федоровну Аракчееву и ее мать Дарью Алексеевну Хомутову, садившихся в экипаж после погребения Мавры Сергеевны, но ни
за обедней, ни после нее не подошедших к искусно притворившейся убитой горем дочери покойной, во все
время похорон поддерживаемой ее троюродным братом.
Ему, впрочем, терять было нечего. Принужденный выйти в отставку
за растрату казенных денег, пополненных офицерами, он безвозвратно испортил свою карьеру и всецело предался своей страсти к вину и картам. Игру он вел довольно счастливо и даже, как поговаривали, не особенно чисто, а недостатка в партнерах в то
время не было, как и недостатка в домах, где можно было поесть и попить на даровщинку.
Да и, кроме того, Наталья Федоровна
за последнее
время как-то совершенно окаменела — для нее все казалось безразлично. С некоторой душевной тревогой следила она
за известиями с театра военных действий, и эта тревога увеличилась, когда вскоре после битвы при Прейсиш-Эйлау получено было известие о выступлении гвардии, в рядах которой служил Зарудин, в Юрбург под начальством великого князя Константина Павловича, а затем и сам государь поехал в лагерь.
В кабинете молодого Зарудина, обстановка которого
за это
время почти ни в чем не изменилась, если не считать нескольких привезенных из Парижа безделушек, украшавших письменный стол и шифоньерку, да мраморной Венеры, заменившей гипсового Аполлона, разбитого пулей, если помнит читатель, предназначавшейся для самого хозяина этого кабинета, сидели и беседовали, по обыкновению прошлых лет, Николай Павлович Зарудин и его друг Андрей Павлович Кудрин.
Он находил еще, что Зарудин, особенно
за последнее
время, стал невнимателен к его поучениям, рассеян, занят какой-то, видимо, гнетущей его мыслью, хотя догадывался, что эта мысль витала на Васильевском острове, где в то
время жила в глубоком уединении покинувшая мужа «соломенная вдова» — графиня Аракчеева.
За последнее
время, впрочем, на этом лице стала порой появляться редкая
за истекшие семь лет гостья — улыбка.
Николай Павлович Зарудин и Антон Антонович фон Зееман были
за это
время частыми гостями на 6 линии Васильевского острова. Дарья Алексеевна не ошиблась — в доме стало веселей.
Антон Антонович фон Зееман, произведенный
за это
время в полковники, жил вместе с женою своею Лидиею Павловной на 6 линии Васильевского острова, в том самом домике, где «турчанка Лидочка» провела свое детство и юность, где встретилась со своим ненаглядным «Тоней», как ласкательно называла она своего мужа.
Эта одутловатость и это выражение изнурения явились последствиями периодического пьянства, почти запоя, которому она предавалась
за последнее
время и проводимые ею бессонные ночи в отвратительных оргиях с избранными дворовыми.
Все это она с прежним искусством скрывала от зоркого глаза графа, положительно ослепленного
за последнее
время хитрой женщиной.
Самому Петру Андреевичу не раз приходилось, во
время легкого недомогания графа, пить с ним
за компанию ромашку.