Неточные совпадения
Наполеон видел и невыгодное расположение союзной армии, и намерение ее обойти его правый фланг, чтобы отрезать ему
дорогу на Вену и отделить от остальных полков, расквартированных в окрестностях этого города; поэтому он был почти уверен в победе и накануне битвы велел объявить по армии следующее воззвание: «Позиции, занимаемые нашими — страшны; и в то же время, как русские будут
идти в обход моего правого фланга, они мне подставят свой фланг.
Граф Алексей Андреевич всю
дорогу от дома Хомутовых до кладбища
шел пешком, ведя под правую руку Дарью Алексеевну, а под левую — свою жену.
С этой
дороги, по которой ты
пошла со мной, поворота нет.
«Проклятая… — неслось в ее голове. — Действительно, я проклятая, Акулина права, с избранной мною
дороги поворота нет! — припомнились ей слова Талицкого. — И он прав! — подумала она. — Значит, надо
идти вперед, рука об руку с ним, только с ним, так как он один и остался около меня».
Это был деревянный на каменном фундаменте, окрашенный в традиционную серую краску, старинный барский дом. Он стоял в глубине двора с круглым палисадником посредине, так что
дорога к подъезду, обтянутому и зиму и лето полосатым тиком,
шла вокруг этого палисадника.
Талицкий осторожно слез с брички, отвел лошадей в сторону, привязал вожжами к дереву и тихо
пошел назад по лесной
дороге. На ней, освещенной луною, вдали чернелась какая-то черная масса.
«Вот оно, что значит убить… — мелькали в его голове отрывочные мысли. — Убить легко!.. Вот я и убил… Но зачем убил? Зачем?.. Вот тут-то и начинается самое страшное… Надо, во-первых, достать его бумажник, документы, кошелек, все ценное, все пригодится… Документы… Да за этим я и убил! — вдруг как бы только вспомнил он. — Во-вторых, надо его убрать с
дороги. А для этого надо опять
идти к нему. К нему. Ни за что!.. Это-то и есть самое страшное».
В лесу было уже совершенно, темно, Сергей Дмитриевич
шел тихо, ощупью, держась прямого направления, чтобы не сбиться с
дороги на возвратном пути.
Однажды после развода, когда Михаил Андреевич возвращался домой, по
дороге с ним
пошел один из его добрых товарищей, Петр Дмитриевич Калачев, и, видимо, старался завязать разговор.
Другой случай был следующий: один бедный старичок, отставной приказный,
шел из Антониева монастыря берегом реки Волхова и на
дороге, понюхав табачку из бумажки, бросил ее с остальною пылью в воду. Увидав это, бывший на барках приказчик и рабочие закричали...
Носился даже слух, что одного семинаристика, который
шел домой из старорусского училища, закурили в карантине до смерти. Он, по незнанию,
пошел по неблагополучной половине
дороги, так как последняя в некоторых местах в карантинном отношении делилась на две половины, по правой можно было пройти свободно, а шедших по левой забирали в карантин и окуривали.
Костерев согласился на предложение и
пошел было в квартиру, чтобы собраться в
дорогу, но поселяне из какого-то опасения не отпустили его от себя и в эту же ночь непосредственно за совершением убийств, отстраня капитана, отправили восемь человек выборных из хозяев в Царское Село, для донесения государю императору о происшедшем и для оправдания в своих поступках.
— Кончено!.. — проговорил Сергей Дмитриевич и, подняв труп, быстро
пошел по направлению к большой
дороге и берегу Волхова, освещая себе путь фонарем.
По памяти вышел он на большую
дорогу и
пошел по кочковатому полю к лесной избушке, где думал укрыться от все усиливавшегося ливня.
Левин не замечал, как проходило время. Если бы спросили его, сколько времени он косил, он сказал бы, что полчаса, — а уж время подошло к обеду. Заходя ряд, старик обратил внимание Левина на девочек и мальчиков, которые с разных сторон, чуть видные, по высокой траве и по
дороге шли к косцам, неся оттягивавшие им ручонки узелки с хлебом и заткнутые тряпками кувшинчики с квасом.
Неточные совпадения
Упала в снег; медведь проворно // Ее хватает и несет; // Она бесчувственно-покорна, // Не шевельнется, не дохнет; // Он мчит ее лесной
дорогой; // Вдруг меж дерев шалаш убогой; // Кругом всё глушь; отвсюду он // Пустынным снегом занесен, // И ярко светится окошко, // И в шалаше и крик, и шум; // Медведь промолвил: «Здесь мой кум: // Погрейся у него немножко!» // И в сени прямо он
идет, // И на порог ее кладет.
Они
дорогой самой краткой // Домой летят во весь опор. // Теперь послушаем украдкой // Героев наших разговор: // — Ну что ж, Онегин? ты зеваешь. — // «Привычка, Ленский». — Но скучаешь // Ты как-то больше. — «Нет, равно. // Однако в поле уж темно; // Скорей!
пошел,
пошел, Андрюшка! // Какие глупые места! // А кстати: Ларина проста, // Но очень милая старушка; // Боюсь: брусничная вода // Мне не наделала б вреда.
Едва только ушел назад город, как уже
пошли писать, по нашему обычаю, чушь и дичь по обеим сторонам
дороги: кочки, ельник, низенькие жидкие кусты молодых сосен, обгорелые стволы старых, дикий вереск и тому подобный вздор.
Когда
дорога понеслась узким оврагом в чащу огромного заглохнувшего леса и он увидел вверху, внизу, над собой и под собой трехсотлетние дубы, трем человекам в обхват, вперемежку с пихтой, вязом и осокором, перераставшим вершину тополя, и когда на вопрос: «Чей лес?» — ему сказали: «Тентетникова»; когда, выбравшись из леса, понеслась
дорога лугами, мимо осиновых рощ, молодых и старых ив и лоз, в виду тянувшихся вдали возвышений, и перелетела мостами в разных местах одну и ту же реку, оставляя ее то вправо, то влево от себя, и когда на вопрос: «Чьи луга и поемные места?» — отвечали ему: «Тентетникова»; когда поднялась потом
дорога на гору и
пошла по ровной возвышенности с одной стороны мимо неснятых хлебов: пшеницы, ржи и ячменя, с другой же стороны мимо всех прежде проеханных им мест, которые все вдруг показались в картинном отдалении, и когда, постепенно темнея, входила и вошла потом
дорога под тень широких развилистых дерев, разместившихся врассыпку по зеленому ковру до самой деревни, и замелькали кирченые избы мужиков и крытые красными крышами господские строения; когда пылко забившееся сердце и без вопроса знало, куды приехало, — ощущенья, непрестанно накоплявшиеся, исторгнулись наконец почти такими словами: «Ну, не дурак ли я был доселе?
Тот же час, отнесши в комнату фрак и панталоны, Петрушка сошел вниз, и оба
пошли вместе, не говоря друг другу ничего о цели путешествия и балагуря
дорогою совершенно о постороннем.