Неточные совпадения
В конце концов восторженные, огненные речи друга возымели свое действие на Николая Павловича; в нем проснулся тот русский богатырь-солдат, который скрыт под тонким мундиром всякого честного офицера, и он с воодушевлением стал рисовать Андрею Павловичу картины их будущей бивачной жизни, заранее предвкушая сладость несомненной
победы над «общеевропейским врагом», «палачом свободы», «насадителем
военной тирании» Наполеоном, этим воплощенным зверем Апокалипсиса.
Одержав, как ему казалось, нравственную
победу над графом, он возомнил о своем уме и способностях и даже решился вступить в борьбу с всесильным графом Аракчеевым на почве излюбленной последним заветной идеи будущей несомненной и неисчислимой пользы организуемых им
военных поселений, долженствовавших покрыть своею сетью всю Россию, на страх, на самом деле, встрепенувшейся при известии о преобразовании в этом смысле русского
военного быта, Европе.
Но, главное, он указал новый исход для французского шовинизма, выяснив, что, кроме военной славы, есть еще слава экономического и финансового превосходства, которым можно хвастаться столь же резонно, как и
военными победами, и притом с меньшею опасностью.
Неточные совпадения
Неизвестно, что говорила Райскому Полина Карповна, но через пять минут он взял шляпу, тросточку, и Крицкая, глядя торжественно по сторонам, помчала его, сначала по главным улицам, гордясь своей
победой, и потом, как
военную добычу, привезла домой.
Люблю,
военная столица, // Твоей твердыни дым и гром, // Когда полнощная царица // Дарует сына в царский дом, // Или
победу над врагом // Россия снова торжествует, // Или, взломав свой синий лед, // Нева к морям его несет // И, чуя вешни дни, ликует.
Это была большая
победа, окрылившая Александрова. После нее он сделался лучшим фортификатором во всем училище и всегда говорил, что фортификация — простейшая из
военных наук.
Это означает также
победу над гордостью национальной, классовой, конфессиональной, семейной,
военной, которая гораздо сильнее гордости личной и дает повод для усиления этой личной гордости.
Но больше всего их очаровывали и крепче всего запечатлелись в их памяти его рассказы о
военных походах, сражениях и стоянках на бивуаках, о
победах и отступлениях, о смерти, ранах и лютых морозах, — неторопливые, эпически спокойные, простосердечные рассказы, рассказываемые между вечерним чаем и тем скучным часом, когда детей позовут спать.