Неточные совпадения
Телеграммы с театра
войны снова и снова приносили известия о крупных успехах японцев и о лихих разведках хорунжего Иванова или корнета Петрова. Газеты писали, что
победы японцев на море неудивительны, — японцы природные моряки; но теперь, когда
война перешла на сушу, дело пойдет совсем иначе. Сообщалось, что у японцев нет больше ни денег, ни людей, что под ружье призваны шестнадцатилетние мальчики и старики. Куропаткин спокойно и грозно заявил, что мир будет заключен только
в Токио.
Газеты писали, что
победы японцев
в горах неудивительны, — они природные горные жители; но
война переходит на равнину, мы можем развернуть нашу кавалерию, и дело теперь пойдет совсем иначе.
Наши офицеры смотрели на будущее радостно. Они говорили, что
в войне наступает перелом,
победа русских несомненна, и нашему корпусу навряд ли даже придется быть
в деле: мы там нужны только, как сорок тысяч лишних штыков при заключении мира.
От бывших на
войне с самого ее начала я не раз впоследствии слышал, что наибольшей высоты всеобщее настроение достигло во время Ляоянского боя. Тогда у всех была вера
в победу, и все верили, не обманывая себя; тогда «рвались
в бой» даже те офицеры, которые через несколько месяцев толпами устремлялись
в госпитали при первых слухах о бое. Я этого подъема уже не застал. При мне все время, из месяца
в месяц, настроение медленно и непрерывно падало. Люди хватались за первый намек, чтобы удержать остаток веры.
Вся
война была одним сплошным рядом такого рода катастроф. Выяснялось с полною очевидностью, что для
победы в современной
войне от солдата прежде всего требуется не сила быка, не храбрость льва, а развитый, дисциплинированный разум человека. Этого-то у русского солдата и не оказалось. Поразительно прекрасный
в своем беззаветном мужестве,
в железной выносливости, — он был жалок и раздражающ своей некультурностью и умственною мешковатостью.
Неточные совпадения
—
Война уничтожает сословные различия, — говорил он. — Люди недостаточно умны и героичны для того, чтобы мирно жить, но пред лицом врага должно вспыхнуть чувство дружбы, братства, сознание необходимости единства
в игре с судьбой и для
победы над нею.
Множество рук и денег уходит на эти неблагодарные
войны, последствия которых
в настоящее время не вознаграждают трудов и усилий ничем, кроме неверных, почти бесплодных
побед, доставляющих спокойствие краю только на некоторое время.
Уже тем, что я принимаю государство, принимаю национальность, чувствую всенародную круговую поруку, хочу
победы русским, я — участвую
в войне и несу за нее ответственность.
— Меня не соблазняет
победами, воинскими триумфами, когда я вижу, что они напрасны и гибельны. Солдаты не так дешевы, чтобы ими транжирить и швырять по-пустому… Упаси Бог тратить людей, я не кожесдиратель-людоед… тысячи лягут даром… Да и полководец я не по своей воле, а по указу… не
в моей это природе… Не могу видеть крови, ран, слышать стоны и вопли истерзанных, изуродованных людей… Гуманитет излишний несовместим с
войною. Так-то…
Я вел
войну, и читатель вправе ожидать от меня описания средств, которые дали мне
победу, и он, наверное, ждет следовательских тонкостей, которыми так блещут романы Габорио и нашего Шкляревского; и я готов оправдать ожидания читателя, но… одно из главных действующих лиц оставляет поле битвы, не дождавшись конца сражения, — его не делают участником
победы; всё, что было им сделано ранее, пропадает даром, — и оно идет
в толпу зрителей.