Поднялся общий спор. Приводились «факты», соображения. Балуев, положив на стол руку ладонью вниз, медленно и спокойно возражал. И шестеро споривших были слабы перед ним, как будто они стояли в колеблющемся и уходящем из-под ног болоте, а он среди них — на твердой кочке.
Он напился кофе, поговорил с Конкордией Сергеевной и пошел в сад. Солнце клонилось к западу, лужайки ярко зеленели; от каждой кочки, от каждого выступа падала длинная тень. Во фруктовом саду, около соломенного шалаша, сторожа варили кашу, синий дымок вился от костра и стлался между деревьями.
Кончив с этим, они снова стали вспоминать о своем родном селе: он шутил, а она задумчиво бродила в своем прошлом, и оно казалось ей странно похожим на болото, однообразно усеянное кочками, поросшее тонкой, пугливо дрожащей осиной, невысокою елью и заплутавшимися среди кочек белыми березами.
Он дернул за рукав ее, и оба пошли вместе, беспрестанно оглядываясь назад, и наконец опустились отлогостью в низменную лощину — почти яр, называемый в некоторых местах балками, — по дну которой лениво пресмыкался проток, поросший осокой и усеянный кочками.
Между тем машинально я шел все дальше. Лес редел понемногу, почва опускалась и становилась кочковатой. След, оттиснутый на снегу моей ногой, быстро темнел и наливался водой. Несколько раз я уже проваливался по колена. Мне приходилось перепрыгивать с кочки на кочку; в покрывавшем их густом буром мху ноги тонули, точно в мягком ковре.
Она будто плыла над густой жижей, не касаясь ногами мшистых болотных кочек, а затем грациозно опустилась на большую каменную плиту, почти полностью ушедшую во влажную землю.
Дорога была достаточно утрамбованная, но всё равно местами ухабистая, поэтому машину раскачивало из стороны в сторону, пока папа медленно пробирался по особенно большим кочкам.
Она будто плыла над густой жижей, не касаясь ногами мшистых болотных кочек, а затем грациозно опустилась на большую каменную плиту, почти полностью ушедшую во влажную землю.
Карета вдруг подскочила на очередной кочке, а затем и вовсе остановилась.
Дорога была достаточно утрамбованная, но всё равно местами ухабистая, поэтому машину раскачивало из стороны в сторону, пока папа медленно пробирался по особенно большим кочкам.