Неточные совпадения
«Боюсь смерти и
не люблю, когда говорят о ней», —
сознается Свидригайлов.
Раскаяния никакого Раскольников
не испытывает, и вовсе
не мучения совести заставляют его
сознаться в преступлении, — это великолепно показал Мережковский. Перечитываешь «Преступление и наказание» — и недоумеваешь: как могли раньше, читая одно, понимать совсем другое, как могли видеть в романе истасканную «идею», что преступление будит в человеке совесть и в муках совести несет преступнику высшее наказание.
«Жизнь люблю, слишком уж жизнь полюбил, так слишком, что и мерзко, —
сознается Дмитрий Карамазов. — Червь, ненужный червь проползет по земле, и его
не будет… — Смотрит он на дерево. — Вот ракита. Веревку сейчас можно свить и —
не бременить уже более землю,
не бесчестить низким своим присутствием».
«Обливаясь глупыми слезами своими, — говорит Великий Инквизитор, — люди
сознаются, наконец, что создавший их бунтовщиками, без сомнения, хотел посмеяться над ними. Скажут это они в отчаянии, и сказанное ими будет богохульством, от которого они станут еще несчастнее, ибо природа человеческая
не выносит богохульства и, в конце концов, сама же себе всегда и отмстит за него».
Полицеймейстер, который служил в кампанию двенадцатого года и лично видел Наполеона, не мог тоже
не сознаться, что ростом он никак не будет выше Чичикова и что складом своей фигуры Наполеон тоже нельзя сказать чтобы слишком толст, однако ж и не так чтобы тонок.
— Да как же, вот этого бедного Миколку вы ведь как, должно быть, терзали и мучили, психологически-то, на свой манер, покамест он
не сознался; день и ночь, должно быть, доказывали ему: «ты убийца, ты убийца…», — ну, а теперь, как он уж сознался, вы его опять по косточкам разминать начнете: «Врешь, дескать, не ты убийца! Не мог ты им быть! Не свои ты слова говоришь!» Ну, так как же после этого должность не комическая?
Она не могла
не сознаваться в том, что она очень ему нравилась; вероятно, и он, с своим умом и опытностию, мог уже заметить, что она отличала его: каким же образом до сих пор не видала она его у своих ног и еще не слыхала его признания?
Варавка был самый интересный и понятный для Клима. Он не скрывал, что ему гораздо больше нравится играть в преферанс, чем слушать чтение. Клим чувствовал, что и отец играет в карты охотнее, чем слушает чтение, но отец никогда
не сознавался в этом. Варавка умел говорить так хорошо, что слова его ложились в память, как серебряные пятачки в копилку. Когда Клим спросил его: что такое гипотеза? — он тотчас ответил:
Разумеется, взятые абсолютно, оба эти сравнения одинаково нелепы, однако нельзя
не сознаться, что в истории действительно встречаются по местам словно провалы, перед которыми мысль человеческая останавливается не без недоумения.
Неточные совпадения
Впрочем, как читатель может смекнуть и сам, Чичикову
не тяжело было в этом
сознаться, тем более что вряд ли у него был когда-либо какой дядя.
Он
не мог понять, как подобное обстоятельство
не пришло ему в самом начале рассказа, и
сознался, что совершенно справедлива поговорка: «Русский человек задним умом крепок».
Нельзя сказать наверно, точно ли пробудилось в нашем герое чувство любви, — даже сомнительно, чтобы господа такого рода, то есть
не так чтобы толстые, однако ж и
не то чтобы тонкие, способны были к любви; но при всем том здесь было что-то такое странное, что-то в таком роде, чего он сам
не мог себе объяснить: ему показалось, как сам он потом
сознавался, что весь бал, со всем своим говором и шумом, стал на несколько минут как будто где-то вдали; скрыпки и трубы нарезывали где-то за горами, и все подернулось туманом, похожим на небрежно замалеванное поле на картине.
Пьян ты, что ли?» Селифан почувствовал свою оплошность, но так как русский человек
не любит
сознаться перед другим, что он виноват, то тут же вымолвил он, приосанясь: «А ты что так расскакался? глаза-то свои в кабаке заложил, что ли?» Вслед за сим он принялся отсаживать назад бричку, чтобы высвободиться таким образом из чужой упряжи, но
не тут-то было, все перепуталось.
В Коби мы расстались с Максимом Максимычем; я поехал на почтовых, а он, по причине тяжелой поклажи,
не мог за мной следовать. Мы
не надеялись никогда более встретиться, однако встретились, и, если хотите, я расскажу: это целая история…
Сознайтесь, однако ж, что Максим Максимыч человек, достойный уважения?.. Если вы
сознаетесь в этом, то я вполне буду вознагражден за свой, может быть, слишком длинный рассказ.