«Любовь не
есть вывод разума, а есть сама радостная деятельность жизни, которая со всех сторон окружает нас… Люди грубыми руками ухватывают росток любви и кричат: «вот он, мы нашли его, мы теперь знаем его, взрастим его. Любовь, любовь! высшее чувство, вот оно!» И люди начинают пересаживать его, исправлять его и захватывают, заминают его так, что росток умирает, не расцветши, и те же или другие люди говорят: все это вздор, пустяки, сентиментальность».
Неточные совпадения
Малым своим разумом Достоевский знает, в чем эта живая жизнь. Все в том же личном бессмертии. В комментариях к своему письму самоубийцы-материалиста он пишет: «Вера в бессмертие души человеческой
есть единственный источник живой жизни на земле, — жизни, здоровья, здоровых идей и здоровых
выводов и заключений».
Тщетно ждем мы от художника Толстого, чтобы он в живых образах показал нам раскрывшийся Левину смысл жизни. «С Кити никогда не
будет ссор, с гостем, кто бы он ни
был,
буду ласков». Но с Кити Левин опять поссорился — и приходит к окончательному
выводу: «Так же
буду сердиться на Ивана-кучера, так же
буду спорить… Но жизнь моя теперь не только не бессмысленна, как
было прежде, но имеет несомненный смысл добра, который я властен вложить в нее».
«Она разговаривала так, как только разговаривает жена с мужем, то
есть с необыкновенной ясностью и быстротой познавая и сообщая мысли друг друга, путем, противным всем правилам логики, без посредства суждений, умозаключений и
выводов, а совершенно особенным способом.
И, конечно, как для Толстого, как для Аполлона, так и для Ницше отсюда вовсе не вытекает самодовольный
вывод Макса Штирнера: «Во всякий момент мы бываем всем, чем мы
быть можем, и не должны
быть чем-то большим».
Несомненно, этот зверь, — он умел ставить жизни совершенно определенные вопросы, какие только люди ей ставят, умел из отсутствия ответов делать вполне логические
выводы. Разница
была только в мелочах: мудрые люди излагают свои
выводы в писаниях, мудрый зверь отобразил их в своих глазах. Но существеннейшее, важнейшее
было и здесь, и там одинаково.
В конечном
выводе, дело идет вовсе не о человеке: он должен
быть преодолен».
Одним словом, Сенечка — один из тех поденщиков современности, которые мотаются из угла в угол среди разнокалиберщины и не то чтобы отрицают, а просто не сознают ни малейшей необходимости в каких бы то ни
было выводах и обобщениях. Сегодня дельце, завтра дельце — это составит два дельца… Чего больше нужно?
Итак, должно сказать, что новое понятие о сущности прекрасного,
будучи выводом из таких общих воззрений на отношения действительного мира к воображаемому, которые совершенно различны от господствовавших прежде в науке, приводя к эстетической системе, также существенно различающейся от систем, господствовавших в последнее время, и само существенно различно от прежних понятий о сущности прекрасного.
Неточные совпадения
«Откуда взял я это? Разумом, что ли, дошел я до того, что надо любить ближнего и не душить его? Мне сказали это в детстве, и я радостно поверил, потому что мне сказали то, что
было у меня в душе. А кто открыл это? Не разум. Разум открыл борьбу за существование и закон, требующий того, чтобы душить всех, мешающих удовлетворению моих желаний. Это
вывод разума. А любить другого не мог открыть разум, потому что это неразумно».
Она никак не могла бы выразить тот ход мыслей, который заставлял ее улыбаться; но последний
вывод был тот, что муж ее, восхищающийся братом и унижающий себя пред ним,
был неискренен. Кити знала, что эта неискренность его происходила от любви к брату, от чувства совестливости за то, что он слишком счастлив, и в особенности от неоставляющего его желания
быть лучше, — она любила это в нем и потому улыбалась.
— Не может
быть! — широко открыв глаза, сказала Долли. Для нее это
было одно из тех открытий, следствия и
выводы которых так огромны, что в первую минуту только чувствуется, что сообразить всего нельзя, но что об этом много и много придется думать.
— А у меня дело вот какое: куплены мною у разных владельцев здешнего уезда крестьяне на
вывод: купчая
есть, остается совершить.
— Но позвольте спросить вас, — сказал Манилов, — как желаете вы купить крестьян: с землею или просто на
вывод, то
есть без земли?