Ляхов теперь тоже задыхался. Крепкий, с мускулистым затылком, он
смотрел в лицо Александре Михайловне замутившимися, тупо-беспощадными, как у зверя, глазами. И Александра Михайловна поняла, — от этой животной, жестокой силы ей не защититься ни убеждениями, ни мольбами.
Неточные совпадения
Елизавета Алексеевна все время танцевала, и Андрею Ивановичу было смешно
смотреть, как
в толпе прыгало и мелькало ее бледное
лицо, по-всегдашнему серьезное и строгое, с сдвинутыми бровями.
Александра Михайловна заплакала. Андрей Иванович
смотрел на нее, и ему стало жалко себя, и
в то же время почему-то вспомнилось равнодушное, усталое
лицо палатного доктора и тот равнодушный вид, с каким он записывал
в листок его смертный приговор.
Александра Михайловна, стиснув зубы,
смотрела на его красное, потное
лицо. Три недели назад Василий Матвеев ущипнул ее
в руку около плеча, и она сурово оттолкнула его. «Ишь, недотрога какая выискалась!» — ядовито заметил он и с тех пор стал во всем теснить. Только ту неделю, когда Александра Михайловна напоила его кофеем, он был немножко ласковее.
Кругом стоял непрерывный шорох сворачиваемых листов, работа кипела, молчаливая и напряженная. С разбросанных по верстаку портретов
смотрели курчавые Пушкины, все
в пледах и с скрещенными руками, все с желчными, безучастными к происшедшему
лицами.
Александра Михайловна, прикусив губу,
в упор
смотрела на веснушчатое, худощавое
лицо хозяина.
Таня стояла, прислонясь спиною к стене дома и опустив голову, а высокая девушка,
в шляпе с красным пером, била ее по
лицу. Компания стояла
в отдалении и
смотрела. Девушка лихо повернулась и, гордо неся голову, пошла к своим.
Она
смотрела на желто-бледное, иссохшее
в работе
лицо Дарьи Петровны и сравнивала его с полным, веселым
лицом ушедшей девушки.
За два месяца, как она не работала
в мастерской, она сильно располнела, особенно
в нижней части
лица, синие глаза
смотрели спокойно и довольно.
Отрицательный ответ удивил его, он снял с унылого носа дымчатое пенсне и, покашливая, мигая,
посмотрел в лицо Клима опухшими глазами так, точно спрашивал:
«Нет, ты не ускользнешь от меня!» — кричал голова, таща за руку человека в вывороченном шерстью вверх овчинном черном тулупе. Винокур, пользуясь временем, подбежал, чтобы
посмотреть в лицо этому нарушителю спокойствия, но с робостию попятился назад, увидевши длинную бороду и страшно размалеванную рожу. «Нет, ты не ускользнешь от меня!» — кричал голова, продолжая тащить своего пленника прямо в сени, который, не оказывая никакого сопротивления, спокойно следовал за ним, как будто в свою хату.
Неточные совпадения
— Восемьдесят лет, ваше превосходительство. Но это келейное, я бы… чтобы… — Чичиков
посмотрел значительно
в лицо генерала и
в то же время искоса на камердинера.
Здесь Манилов, сделавши некоторое движение головою,
посмотрел очень значительно
в лицо Чичикова, показав во всех чертах
лица своего и
в сжатых губах такое глубокое выражение, какого, может быть, и не видано было на человеческом
лице, разве только у какого-нибудь слишком умного министра, да и то
в минуту самого головоломного дела.
Нужно заметить, что у некоторых дам, — я говорю у некоторых, это не то, что у всех, — есть маленькая слабость: если они заметят у себя что-нибудь особенно хорошее, лоб ли, рот ли, руки ли, то уже думают, что лучшая часть
лица их так первая и бросится всем
в глаза и все вдруг заговорят
в один голос: «
Посмотрите,
посмотрите, какой у ней прекрасный греческий нос!» или: «Какой правильный, очаровательный лоб!» У которой же хороши плечи, та уверена заранее, что все молодые люди будут совершенно восхищены и то и дело станут повторять
в то время, когда она будет проходить мимо: «Ах, какие чудесные у этой плечи», — а на
лицо, волосы, нос, лоб даже не взглянут, если же и взглянут, то как на что-то постороннее.
Тут же вскочил он с постели, не
посмотрел даже на свое
лицо, которое любил искренно и
в котором, как кажется, привлекательнее всего находил подбородок, ибо весьма часто хвалился им перед кем-нибудь из приятелей, особливо если это происходило во время бритья.
Наконец Манилов поднял трубку с чубуком и поглядел снизу ему
в лицо, стараясь высмотреть, не видно ли какой усмешки на губах его, не пошутил ли он; но ничего не было видно такого, напротив,
лицо даже казалось степеннее обыкновенного; потом подумал, не спятил ли гость как-нибудь невзначай с ума, и со страхом
посмотрел на него пристально; но глаза гостя были совершенно ясны, не было
в них дикого, беспокойного огня, какой бегает
в глазах сумасшедшего человека, все было прилично и
в порядке.