Неточные совпадения
У папы на Верхне-Дворянской улице был свой дом, в нем я и родился. Вначале это был
небольшой дом в четыре комнаты, с огромным садом. Но по мере того как росла
семья, сзади к дому делались все новые и новые пристройки, под конец в доме было уже тринадцать — четырнадцать комнат. Отец был врач, притом много интересовался санитарией; но комнаты, — особенно в его пристройках, — были почему-то с низкими потолками и маленькими окнами.
В Тульской губернии у близких моих родственников было
небольшое имение. Молодежь этой
семьи деятельно работала в революции, сыновья и дочери то и дело либо сидели в тюрьмах, либо пребывали в ссылке, либо скрывались за границей, либо высылались в родное гнездо под гласный надзор полиции. Однажды летом к одной из дочерей приехала туда погостить Вера Ивановна. Место очень ей понравилось, и она решила тут поселиться. Ей отвели клочок земли на хуторе, отстоявшем за полторы версты от усадьбы.
Жаль, очень жаль нам было Матвея. Матвей в нашей
небольшой семье играл такую близкую роль, был так тесно связан со всеми главными событиями ее последних пяти лет и так искренно любил нас, что потеря его не могла легко пройти.
Неточные совпадения
Итак, наконец затворничество родительского дома пало. Я был au large; [на просторе (фр.).] вместо одиночества в нашей
небольшой комнате, вместо тихих и полускрываемых свиданий с одним Огаревым — шумная
семья в семьсот голов окружила меня. В ней я больше оклиматился в две недели, чем в родительском доме с самого дня рождения.
Вместо почтенной столовой Платона Богдановича мы отправились сначала под Новинское, в балаган Прейса (я потом встретил с восторгом эту
семью акробатов в Женеве и Лондоне), там была
небольшая девочка, которой мы восхищались и которую называли Миньоной.
Деревенька Шатель, близ Мора (Муртен), соглашалась за
небольшой взнос денег в пользу сельского общества принять мою
семью в число своих крестьянских
семей.
Один из них был
небольшого роста, лет двадцати
семи, курчавый и почти черноволосый, с серыми, маленькими, но огненными глазами.
Встреча с Лиодором в Кунаре окончательно вырешила дело. Галактион дальше не мог оставаться у тестя. Он нанял себе
небольшую квартирку за хлебным рынком и переехал туда с
семьей. Благодаря бубновскому конкурсу он мог теперь прожить до открытия банка, когда Штофф обещал ему место члена правления с жалованьем в пять тысяч.