Неточные совпадения
Дворником был дурачок Петенька. Лет под сорок, редкая
черная бороденка, очень крутой и
высокий лоб уродливо навис над лицом. Говорил косноязычно и в нос, понимать было трудно. Самую
черную работу он еще мог делать, — рубить дрова, копать землю в саду, ко уж поручить ему печку протопить было опасно, — наделает пожару. И опять: как такому отказать? Куда он денется?
Высокий, сутулый, с длинными руками гориллы и маленькой головой, на подбородке отдельные жесткие
черные волосики.
В Публичной библиотеке иногда приходилось видеть: перед читальным залом, в комнате, где на
высоких конторках лежат каталоги, быстро расхаживал студент с длинными
черными волосами и
черной бородкой; нахмурив брови и заложив руки за спину, он ходил от площадки лестницы и углу между книжными шкафами, — и сразу было видно, что мыслил.
Был тут попечитель нашего округа Новиков, генерал в серебряных эполетах, товарищ министра народного просвещения кн. М. С. Волконский,
высокий, с узким лицом и редкой
черной бородой, в каком-то гражданском темно-лиловом мундире с золотым шитьем.
Спрашивал
высокий студент с
черной бородкой, бледный и очень взволнованный. Фамилия Порфиров. Я с ним встречался в библиотеке студенческого Научно-литературного общества, где мы оба работали библиотекарями.
Высокий, худощавый, очень стройный человек с сумасшедшими
черными глазами, с
черными кудрями до плеч и с
черною бородкою, с какою рисуют Иоанна Крестителя.
Смуглый, с
черными «жгучими» глазами,
черною бородкою и роскошною шевелюрою, Андреев был красив. Ходил он в то время в поддевке, палевой шелковой рубахе и
высоких лакированных сапогах. Вид у него был совсем не писательский. Со смехом рассказывал он про одну встречу на пароходе, по дороге из Севастополя в Ялту.
Нюра хохочет визгливо на всю Яму и валится на подоконник, брыкая ногами в
высоких черных чулках. Потом, перестав смеяться, она сразу делает круглые удивленные глаза и говорит шепотом:
Неточные совпадения
И точно, она была хороша:
высокая, тоненькая, глаза
черные, как у горной серны, так и заглядывали к вам в душу.
Наружность поручика Вулича отвечала вполне его характеру.
Высокий рост и смуглый цвет лица,
черные волосы,
черные проницательные глаза, большой, но правильный нос, принадлежность его нации, печальная и холодная улыбка, вечно блуждавшая на губах его, — все это будто согласовалось для того, чтоб придать ему вид существа особенного, не способного делиться мыслями и страстями с теми, которых судьба дала ему в товарищи.
А между тем степь уже давно приняла их всех в свои зеленые объятия, и
высокая трава, обступивши, скрыла их, и только козачьи
черные шапки одни мелькали между ее колосьями.
Ее воображению открыта теперь самая поэтическая сфера жизни: ей должны сниться юноши с
черными кудрями, стройные,
высокие, с задумчивой, затаенной силой, с отвагой на лице, с гордой улыбкой, с этой искрой в глазах, которая тонет и трепещет во взгляде и так легко добирается до сердца, с мягким и свежим голосом, который звучит как металлическая струна.
«Куда?..» — переглянулися // Тут наши мужики, // Стоят, молчат, потупились… // Уж ночь давно сошла, // Зажглися звезды частые // В
высоких небесах, // Всплыл месяц, тени
черные // Дорогу перерезали // Ретивым ходокам. // Ой тени! тени
черные! // Кого вы не нагоните? // Кого не перегоните? // Вас только, тени
черные, // Нельзя поймать — обнять!