О том же говорит нам повествование Евангелия о теле Воскресшего Господа, свободно проходившего через непроницаемые для физического тела «заключенные двери» [См.: Ин. 20:19–29.], внезапно появлявшегося перед апостолами и столь же внезапно скрывавшегося, но при этом делавшего Свое тело ощутимым для осязания Фомы и даже способным к принятию
физической пищи (меда и рыбы).
Неточные совпадения
И то самое, что для древних было источником бесчисленных глупейших трагедий, у нас приведено к гармонической, приятно-полезной функции организма так же, как сон,
физический труд, прием
пищи, дефекация и прочее.
Чего не перепытала душа его в первые дни заключения! Не говорю о лишениях
физических. Каждый день убавляли
пищи его, наконец стали давать ему по кусочку черствого хлеба и по кружке воды. За трапезой его строго наблюдал сам дворецкий великого князя. Лишения такого рода сносил он с твердостью; но что более всего сокрушало его, так это неизвестность о друзьях и об Анастасии. Хоть бы повеяло на него отрадою их воспоминания, их участия и любви к нему; хоть бы весточку о них услыхал.
Как все мы, воспитанные на жирной излишней
пище, изнеженные, без
физического труда и со всеми возможными соблазнами для воспаления чувственности, и в среде таких же испорченных детей, мальчики моего возраста научили меня пороку, и я отдался ему.
Ведь наша возбуждающая излишняя
пища при совершенной
физической праздности есть не что иное, как систематическое разжигание похоти.
Полиция, соблюдая тишину, обуздывает вредную роскошь, старается искоренять и даже предупреждать нравственное зло, бесчинство, обманы; печется о безопасности,
физическом благосостоянии народа, чистоте воздуха, здравой
пище, твердости знаний, украшении городов и сел, о приятной удобности путешественников, — наконец, печется о бедных и больных.