Неточные совпадения
В этой подмене религии этикой кроется коварный умысел религиозного имманентизма, именно
скрытое отрицание религии.
Напротив, в философии Канта, именно в его учении об «идеях» как предельных понятиях, а равно и в учении о различении суждений практического разума от теоретического разума и «силы суждения» заключается implicite [Неявно, в
скрытом состоянии (нем.).] целая теория мифотворчества, хотя и отрицательного или агностического содержания.
Насколько же при этом от вопросов технических восходят к общим и принципиальным, то и они подпадают тому же закону — религиозной окачествованности философии, хотя не всегда легко ее разглядеть [Так, напр., нелегко под «чистой логикой» Когена увидать
скрытое в ней острие неоюдаизма.
Ибо Бог превышает (ύπερκείται) всякую сущность, сам не будучи чем-либо из сущего, но превыше сущего, и из Него же все сущее; ибо только для всех
скрытое божество одного Бога есть изначальная божественная (θεαρχική) сила, которая управляет и т. наз. богами, и ангелами, и святыми людьми, а также она творит (δημιουργός) тех, кто чрез сопричастность становится богами, действительно, сама происходя из себя самой и беспричинно будучи божеством» (εξ εαυτής και άναιτίως αϋτοθεοτης οδσα).] от всего сущего (δια της πάντων όντων αφαιρέσεως).
«Таково начало всех начал (творческого откровения), глубоко
скрытая мудрость, венец всего возвышенного (сверхчувственного мира Сефир), диадема диадем.
Это суть (начиная снизу): таинственная мудрость (=хокма), глубоко
скрытая мудрость (= кефер) и никогда не раскрываемая мудрость (= эн-соф).
II. S. 3–4.], выше «чистого, простого погружения в чистое, простое, непознаваемое, неименуемое,
скрытое благо, которое есть Бог», как говорит и Дионисий (Ареопагит), «пусть все держится его (божества) не».
Погружайся глубже в твое неведение и твое нехотение знать, держись с сознанием полной нищеты (ganz arm) твоего
скрытого, непознаваемого Бога и не думай, что ты человек, который каким-нибудь образом познает великого, неведомого,
скрытого Бога…
В Его власти стоял тот принцип начала, который был в нем как простая возможность и, следовательно, без Его воли есть ничто, этот принцип начала, который в глубине своего существа Он усматривает как простую возможность сохранить в
скрытом состоянии или возвести к действительности.
Но, по мере того как тиски эти разжимаются, делаются нечувствительны, ничто становится бессильной потенциальностью,
скрытой основой бытия, все победнее звучит небесная музыка «жизни вечной», составляющей предмет христианских упований и обетовании и опытно ведомой святым.
Их различение порождается общей основой тварности, ничто, меоном, который, в свою очередь, имеет
скрытую основу в чистом ничто укона, в беспредельности небытия, άπειρον.
Античная философия, хотя и умела подсмотреть ничто как
скрытую подоснову бытия, но оставалась бессильна перед задачей объяснить: каким образом ничто становится χώρα, или ουκ öv превращается в μη öv, иначе говоря, как возникает мир явлений?
И только в тех, в ком человечество имеет своих гениев и посланников, выходит наружу эта
скрытая, но всеобщая гениальность, каковая есть наша реальная, существенная причастность к Софии.
Вот важнейшее место, сюда относящееся: «если душа благодаря ускоренному уходу освобождается от тела, то она ни в каком отношении не терпит ущерба и познала природу зла с тем, чтобы открылись заключенные в ней силы и обнаружились энергии творчества, которые оставались бы втуне при спокойном пребывании в бестелесном, ибо никогда не могли бы перейти в действие, и от души осталось бы
скрытым, что она имеет» (Enn. IV, Lib. VIII, cap. 5).], а в неблагоприятном душа загрязняется и, для того чтобы освободиться от телесных оков, должна подвергнуться очистительному процессу, которым является многократное перевоплощение в различные тела.
При этом она стоит на самой грани логической различимости света и темноты, она как бы прячется за идею, как ее
скрытая «подставка».
Некое άπειρον, закрытое идеями-формами и потому никогда не обнаруживающее своей хаотичности, составляет
скрытую подоснову всякой красоты.
Соответственно такому пониманию язычества, роль иудейства определяется Шеллингом преимущественно отрицательными чертами, как не-язычество, «gehemmtes Heidenthum» [Застенчивое («стеснительное») язычество (нем.).]. «Иудейство никогда не было собственно чем-нибудь позитивным, оно может быть определено или как подавленное язычество, или же как
скрытое христианство, и именно это промежуточное положение (diese Mitte) было для него гибельным.
3:19–20 — и тайна связи с Церковию
скрытыми, незримыми путями).
А сверхвластие есть не что иное, как боговластие, теократия, которая и есть онтологическое ядро власти, а потому и
скрытое ее задание.
Народные же массы все более проникаются чисто утилитарным пониманием власти, а утилитаризм в качестве основного и решающего критерия в политике есть нечто иное, как революция en permanence, либо
скрытая и тлеющая под пеплом, либо уже вспыхнувшая.
Неточные совпадения
Юрисконсульт, как
скрытый маг, незримо ворочал всем механизмом; всех опутал решительно, прежде чем кто успел осмотреться.
Но это спокойствие часто признак великой, хотя
скрытой силы; полнота и глубина чувств и мыслей не допускает бешеных порывов: душа, страдая и наслаждаясь, дает во всем себе строгий отчет и убеждается в том, что так должно; она знает, что без гроз постоянный зной солнца ее иссушит; она проникается своей собственной жизнью, — лелеет и наказывает себя, как любимого ребенка.
Он пожелтел, посинел;
скрытая злоба изобразилась на лице его.
Свет померк скоро, но мука осталась, и Зосимов, наблюдавший и изучавший своего пациента со всем молодым жаром только что начинающего полечивать доктора, с удивлением заметил в нем, с приходом родных, вместо радости как бы тяжелую
скрытую решимость перенесть час-другой пытки, которой нельзя уж избегнуть.
Что с ней? Он не знал безделицы, что она любила однажды, что уже перенесла, насколько была способна, девический период неуменья владеть собой, внезапной краски, худо
скрытой боли в сердце, лихорадочных признаков любви, первой ее горячки.