Неточные совпадения
Развитое в тексте
понимание соотношения между философией и религией дает иное его истолкование и в значительной мере снимает самый вопрос о разнице между религиозной и общей метафизикой, ибо в
существе они совпадают и могут различаться скорее в приемах изложения.
В споре с Евномием св. Григорий занимает вообще не свойственную ему позицию скептического номинализма в теории познания (в учении об «именах»): для того чтобы отвергнуть неправомерное преувеличение или, лучше сказать, ложное
понимание соотношения, существующего между именем Божиим и
существом Божиим у Евномия, св.
Итак, Эн-соф, которому принадлежит абсолютное совершенство, абсолютное единство, неизменность, неограниченность, остается в то же время недоступно нашему разуму и
пониманию в своем
существе; поэтому для него не может быть дано никакого определения, о нем не может быть поставлено никакого вопроса, для него нет никакого образа или уподобления.
Но Мария, хотя и «сердце Церкви», еще не есть сама Церковь, которая в самобытном своем
существе таинственно и прикровенно изображается в Песни Песней [Мистическое
понимание Песни Песней, по которому в ней изображается жизнь Церкви, стало обычным у христианских писателей.
Наше
понимание объективного времени будет существенно различаться в зависимости, напр., от того, принимаем ли мы учение о перевоплощении душ, т. е. о неоднократном повторении жизни одних и тех же
существ, или нет; далее, видим ли мы мистический центр мировой истории в событии боговошющения или в чем-либо другом.
Неточные совпадения
Поминание Бога, как самодостаточного и бездвижного
существа, есть ограниченная и отвлеченная рациональная мысль, такое
понимание не дано в духовном опыте, в котором отношения с Богом всегда драматичны.
Человек есть
существо бессознательно хитрое и недостаточно прямое,
существо запутанное и не легко поддающееся
пониманию.
Во внутреннее
существо природы, в творческую связь вещей научное знание не проникает, оно обходится без такого
понимания причинности.
Но вот это единственное
существо, две недели его любившее (он всегда, всегда тому верил!), —
существо, которое он всегда считал неизмеримо выше себя, несмотря на совершенно трезвое
понимание ее заблуждений;
существо, которому он совершенно всё, всёмог простить (о том и вопроса быть не могло, а было даже нечто обратное, так что выходило по его, что он сам пред нею во всем виноват), эта женщина, эта Марья Шатова вдруг опять в его доме, опять пред ним… этого почти невозможно было понять!
Ничто-то ничто, да только ничто это понимает себя и свое место в мире. А если оно понимает, то понимание-то это не ничто, а что-то такое, что важнее всего этого бесконечного мира, потому что без этого
понимания во мне и других подобных мне
существах не было бы и всего того, что я называю этим бесконечным миром.