Неточные совпадения
Христианину надлежит верить, что в языческом
мире хотя и живо ощущалась потребность в таинстве, ибо она не устранима из религии по самому ее существу, и хотя она утолялась по-своему [Об этом см. ниже в отделе III.], но не было таинств истинных, «питающих в жизнь вечную», которые могли явиться лишь в христианстве, после воплощения Бога-Слова, давшего Свою
Плоть и Кровь в живот вечный.
Итак, здешний
мир возник из болезни,
плоть есть маска или короста и чешуя на небесной
плоти.
Приближаясь в этом отношении к Плотину, Ориген рассматривает сотворение
мира и облечение
плотью духа, как некоторое ниспадение — καταβολή [Многозначное греч. слово, которое можно перевести как: сбрасывание, низвержение, разрушение, но и — основание чего-либо, распространение.] [Творения Оригена.
Благодать св. Духа показует святую чувственность, творит святую
плоть, «добро зело»
мира.
Иначе разве возможно исповедовать веру в Бога, облекшегося
плотью этого
мира, сделавшего ее одеждой неизреченного своего Божества?
А это значит, что сила первородного греха хотя была велика и вредительна, но осталась ограниченной в субстанииалъно испорченном
мире не могла бы родиться Богоматерь, и такую
плоть не мог был бы приять на Себя Спаситель
мира.
«Заметьте, что все души в этом
мире, составляющие
плоть дел Святого Благословенного, до своего схождения на землю образуют единство, причем все эти души составляют часть одной и той же тайны.
Понимание и оценка этого события имеет необычайную, исключительную важность, здесь определяется различие в чувстве
плоти и
мира, в общем мистическом мироощущении.
Если чувственность, телесность
мира не есть болезнь или субъективное только состояние, но самостоятельная стихия бытия, то пол не может остаться лишь внутри человека, но должен осуществиться и во
плоти, раздвоиться в ней, чтобы, ощутив это раздвоение, двум стать «в
плоть едину».
Напротив, если чувственность и
плоть есть только «явление», греховная греза, навеваемая Лилит, тогда ненужной и обременительной становится телесная двуполость, и преодоление косности и греха
мира должно выразиться в таком случае прежде всего в исцелении не пола, но от пола, в освобождении от Евы путем ее упразднения, возвращения внутрь Адама.
Ложный спиритуализм в любви есть такая же ошибка эротического суждения, как и голая чувственность, обнаженная похоть, ибо истинным объектом любви является воплощенный дух или одуховленная
плоть [Каббала дает такое объяснение брака: «Все духи и души, раньше чем они отправляются в этот (низший)
мир, состоят из мужской и женской части, которые (наверху) соединены в одно существо.
Главное отличие человека от ангелов определяется тем, что ангелы не имеют тела, подобного человеческому, которое содержит в себе начало
плоти всего
мира.
Адам и Ева, ощутившие друг друга как муж и жена, двое в одну
плоть, находились в состоянии гармонии и девственности. Они были свободны от злой и жгучей похоти, были как женатые дети, которых соединение являлось бы данью чистой чувственности, освящаемой их духовным союзом. Они, будучи мужем и женой, по крайней мере в предназначении, не становились от этого самцом и самкою, которых Адам видел в животном
мире: «и были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились» (2:25).
И то, что змей вовлек жену в разговор о Боге, вступил с ней в духовное общение на такой почве, которая всецело составляла достояние их супружеского любовного единомыслия, явилось со стороны жены уже духовной изменой Адаму, как бы духовным любодейством с загадочным существом, по
плоти принадлежащим к животному царству, по духу же к какому-то чуждому и недоброму, для нее доселе неведомому
миру.
Полагая магизм в основу своих отношений к
миру, к земле, к
плоти, прародители затемнили и ослабили в себе естественную свою софийность, в силу которой Адаму была присуща власть над
миром как богоносному и богоприемлющему существу, — не как предмет вожделения и самостоятельная цель, но как одно из проявлений его духовной высоты и святости.
«Проект» есть не только последнее слово экономизма, капитулировавшего перед косностью греховной
плоти, но вместе с тем и первая молитва к Богу о воскресении, первый зов земли к небу о восстании умерших, и радостно думать, что в
мире уже был Федоров со своим «проектом».
Неточные совпадения
— Какая-то таинственная сила бросает человека в этот
мир беззащитным, без разума и речи, затем, в юности, оторвав душу его от
плоти, делает ее бессильной зрительницей мучительных страстей тела.
— Душа сопричастна страстям
плоти, дух же — бесстрастен, и цель его — очищение, одухотворение души, ибо
мир исполнен душ неодухотворенных…
Диомидов выпрямился и, потрясая руками, начал говорить о «жалких соблазнах
мира сего», о «высокомерии разума», о «суемудрии науки», о позорном и смертельном торжестве
плоти над духом. Речь его обильно украшалась словами молитв, стихами псалмов, цитатами из церковной литературы, но нередко и чуждо в ней звучали фразы светских проповедников церковной философии:
Хотят сохранить старую органичность, старую
плоть, силятся не допустить материальный
мир до расщепления и расслоения.
— Исправой греха твоего не загладить… Многие годы слез покаянья, многие ночи без сна на молитве, строгий пост, умерщвление
плоти, отреченье от
мира, от всех соблазнов, безысходное житье во иноческой келье, черная ряса, тяжелы вериги… Вот чем целить грех твой великий…