Неточные совпадения
Само собою разумеется, то, что отлагается в сознании в форме мифа, вступая в
общее человеческое сознание, затрагивает все способности
души, может становиться предметом мысли, научного изучения и художественного воспроизведения.
При данном состоянии мира и человека мировая
душа действует как внешняя закономерность космической жизни, с принудительностью физического закона [Эту софийность
души мира, или
общую закономерность всего сущего, стремится постигать и так называемый оккультизм, притязающий научить не внешнему, но внутреннему «духовному» восприятию сил природы.
Таковы признания великого нашего поэта, по
общему мнению, жизнерадостного и ясного, как небо Эллады, но, как и оно, знавшего всю силу неутолимой тоски [И им вторит поэтическое признание великого мастера, исполненного трагической тоски, Микеланджело Буаноротти. (Мои глаза не видят более смертных вещей… Если бы моя
душа не была создана по образу Божию, она довольствовалась бы внешней красотой, которая приятна для глаз, но так как она обманчива,
душа подъемлется к вселенской красоте.)]…
Но, конечно, оставаясь свободным от морали, искусство силою своего влияния содействует
общему росту моральности в человеческой
душе.
И как будто не отдельные души были в людях: одна
общая душа, большая, как море, торжествовала какое-то великое достижение.
Неточные совпадения
Тут был Проласов, заслуживший // Известность низостью
души, // Во всех альбомах притупивший, // St.-Priest, твои карандаши; // В дверях другой диктатор бальный // Стоял картинкою журнальной, // Румян, как вербный херувим, // Затянут, нем и недвижим, // И путешественник залётный, // Перекрахмаленный нахал, // В гостях улыбку возбуждал // Своей осанкою заботной, // И молча обмененный взор // Ему был
общий приговор.
Амалия Ивановна, тоже предчувствовавшая что-то недоброе, а вместе с тем оскорбленная до глубины
души высокомерием Катерины Ивановны, чтобы отвлечь неприятное настроение общества в другую сторону и кстати уж чтоб поднять себя в
общем мнении, начала вдруг, ни с того ни с сего, рассказывать, что какой-то знакомый ее, «Карль из аптеки», ездил ночью на извозчике и что «извозчик хотель его убиваль и что Карль его ошень, ошень просиль, чтоб он его не убиваль, и плакаль, и руки сложиль, и испугаль, и от страх ему сердце пронзиль».
Их всех связывала одна
общая симпатия, одна память о чистой, как хрусталь,
душе покойника. Они упрашивали ее ехать с ними в деревню, жить вместе, подле Андрюши — она твердила одно: «Где родились, жили век, тут надо и умереть».
Последуя тому, что налагают на нас обычаи и нравы, мы приобретем благоприятство тех, с кем живем. Исполняя предписание закона, можем приобрести название честного человека. Исполняя же добродетель, приобретем
общую доверенность, почтение и удивление, даже и в тех, кто бы не желал их ощущать в
душе своей. Коварный афинский сенат, подавая чашу с отравою Сократу, трепетал во внутренности своей пред его добродетелию.
В этом предположении утвердило Левина еще и то замечание, что брат его нисколько не больше принимал к сердцу вопросы об
общем благе и о бессмертии
души, чем о шахматной партии или об остроумном устройстве новой машины.