Неточные совпадения
И даже «первейший открыватель и самый всеобщий носитель свойств беспредикатного Эн, Метатрон, первородный сын божий, стоящий во главе всех других Зефиротов и управляющий ими» (69), которому усвояются все предикаты Иеговы, «имя которого есть как имя Божие», «несмотря на всю возвышенность свою над другими Зефиротами, отнюдь не имеет божественной природы; он есть тварь в ряду других тварей, хотя бы первейшая и более чистая… он называется
ангелом и причисляется к Зефиротам, называется слугою Иеговы, хотя и старейшим; точно так же Метатрон носит название Адама Кадмона83, первого небесного человека, в том смысле, что он есть первое и совершеннейшее творение Божие, по
образу которого создан и Адам, — поэтому Метатрону часто усвояется эпитет creatus»84 (71).
«Как человек сотворен в
образ и подобие Бога, так равно и
ангелы, ибо они братья людей», «святая душа человека и дух
ангела имеют единую сущность и существо, и нет никакого различия в них, кроме самого только качества их телесного проявления» [Аврора, 60, 63.].
«Духи
ангелов не от века были телесны, но от века всегда были в дереве вечной жизни эссенции, и от века их
образ усматривался в Деве мудрости…
И если Господь Иисус воплотился в человека, но не в одного из
ангелов, при всей их близости к Престолу Божию, то и это служит доказательством, что полнота
образа Божия принадлежит только человеку, и ее не имеют даже силы небесные.
Однако по природе своей, по своему иерархическому месту в творении, в мире, человек имеет преимущество пред
ангелами, ему в большей степени принадлежит полнота
образа Божия.
Ева — вот что отличает
образ человека от
ангела.
Это различие понимается иногда и иначе: кто в телесности видит род болезни, в создании жены — признак грехопадения, а в Еве — начало греха, те должны отрицать коренное различие в природе человека и
ангела, видя в человеке лишь неудавшегося
ангела, а в
ангеле — нормальный, не уклонившийся от назначения
образ человека.
«Умственная и словесная природа души, имеющая ум и слово, и животворящий дух, одна только более сообразна
образу Божию, чем и бестелесные
ангелы (μόνη και των ασωμάτων οίγγέλων μάλλον και εικόνα του θεού), она устроена Им самим и все имеет неизменным, даже если не блюдет своего достоинства и не соответственна
образу Создавшего» (col. 1152).
Св. Григорий в оживлении тела душой видит
образ вездесущия Божия, которого не имеют и
ангелы.
Тем, что душа человека имеет ум, слово и дух, оживляющий тело, она одна и более, чем бестелесные
ангелы, является сотворенной Богом по Его
образу».
«Но, хотя по
образу Божию мы выше
ангелов, по подобию мы гораздо ниже добрых
ангелов.
Неточные совпадения
Ей-богу, не могу представить, каким
образом я мог быть когда-нибудь
ангелом.
— Наше дело, Петр Степаныч, особое, — важно и степенно молвила мать Таисея. — Мы хоша духом и маломощны, хоша как свиньи и валяемся в тине греховной, обаче ангельский
образ носим на себе — иночество… А ангелы-то Господни, сам ты не хуже нашего знаешь, не женятся, не посягают… Иноческий чин к примеру не приводи — про мирское с тобой разговариваю, про житейское…
— И сатана светоносного
ангела образ приемлет, егда восхощет в сети своя слабого человека уловити, — молвил Василий Борисыч.
И раз ему на пути явился
ангел во
образе черноризца, и пришли они к некоему отшельнику, который приял их и почтил вельми, и когда они пошли от него,
ангел взял золотое блюдо и бросил его в море.
Выдались, впрочем, около двух лет во все время его службы при Алексее Андреевиче, о которых он любил вспоминать и вместе с этими воспоминаниями в его уме возникал нежный
образ ангела-барыни — эти годы были 1806 и 1807-й, а эта ангел-барыня была жена графа Наталья Федоровна Аракчеева.