Неточные совпадения
В настоящее время, когда вкус к серьезной и мужественной религии вообще потерян и капризом субъективности с ее прихотливо сменяющимися настроениями дорожат белее, нежели суровой и требовательной религией, не терпящей детского своеволия, религиозный индивидуализм находится в особой чести: те, кто еще снисходят до религии, чаще всего соглашаются иметь ее только индивидуально;
личное своеволие явным
образом смешивается при этом со свободой, которая достигается именно победой над своеволием.
Таким
образом устраняется кажущееся противоречие между
личным характером религиозного опыта, устраняющим извне принудительно данную догматику (ибо догматика не геометрия), и объективной системой догматов, в которой выражается сверхличное (и как будто безличное), кафолическое, сознание церкви.
В понятии догмата диалектически соединены, таким
образом, оба момента: начало
личное и сверхличное, внутреннее и внешнее, свободы и авторитета, знание и вера.
Но на мне грешнем удиви милость Твою» (мол. веч.).], причем последними уставовляется лишь степень и
образ личного участия в благодатном даре спасения.
Теургическая власть дана человеку Богом, но никоим
образом не может быть им взята по своей воле, хищением ли или потугами
личного творчества, а потому теургия, как задача для человеческого усилия, невозможна и есть недоразумение или богоборство.
Неточные совпадения
Протесты Привалова против такого
образа жизни принимались за
личное оскорбление; после двух-трех неудачных попыток в этом роде Привалов совсем отказался от них.
Если мы говорим в противоположность пантеистическому монизму, что Бог есть личность, то понимать это нужно совсем не в ограниченном и природно-человеческом смысле конкретного
образа, с которым возможно для нас
личное общение.
Нет, нужно
личное дело, необходимое дело, от которого зависела бы собственная жизнь, такое дело, которое лично для меня, для моего
образа жизни, для моих увлечений страстью, только такое дело может служить опорою в борьбе со страстью; только оно не вытесняется из жизни страстью, а само заглушает страсть, только оно дает силу и отдых.
Мне передалось
личное впечатление от Гюисманса, тронул меня его
образ, и я сильнее еще почувствовал его душу.
В Лире действительно сильная натура, и общее раболепство пред ним только развивает ее односторонним
образом — не на великие дела любви и общей пользы, а единственно на удовлетворение собственных,
личных прихотей.