Однако, так как Христос связан с временем, процессом, становлением, историей, то и человеческая
история является в разных смыслах существенно теогонической.
Неточные совпадения
Если собрание «двух или трех верующих» ощутит себя реально кафоличным и на самом деле будет таковым, то зерно вселенского собора тем самым уже дано, а признание его есть дело дальнейшей церковной
истории [Разве же св. Афанасий Великий с горстью своих сторонников не
являлся носителем подлинного кафолического сознания Церкви в то время, когда количественное ее большинство упорствовало в ереси?].
Но единственный в своем роде пример такого соединения ноуменального и исторического, мифа и
истории, несомненно представляют евангельские события, центром которых
является воплотившийся Бог — Слово, Он же есть вместе с тем родившийся при Тиверии и пострадавший при Понтии Пилате человек Иисус:
история становится здесь непосредственной и величайшей мистерией, зримой очами веры,
история и миф совпадают, сливаются через акт боговоплощения.
История догматов показывает, что поводом для их установления и провозглашения чаще всего
являлись те или иные ереси, т. е. уклонения не только религиозной мысли, но и, прежде всего, религиозной жизни (ведь очевидно же, напр., что арианство есть совершенно иное восприятие христианства, нежели церковно-православное).
Потому-то и
является поворотным моментом в
истории мира та таинственная и священная минута, когда Дева рекла: «се раба Господня», ибо в Ней, с Ней и через Нее рекла это вся природа, все человечество.
Напротив, конкретное время, которым и
является история, имеет и начало, и конец; иначе говоря, оно представляет собой зон, некую завершенность, последовательно раскрывающуюся во времени.
Насколько в хозяйстве и через хозяйство (понятое в широком смысле) творится
история, постольку в нем и через него создается историческое тело человечества, которому надлежит «измениться» в воскресении, причем этим потенциальным телом для человека
является весь мир.
Попробуем указать несколько черт из отношений Русакова к дочери и к окружающим; мы увидим, что здесь основанием всей
истории является опять-таки то же самодурство, на котором утверждаются все семейные и общественные отношения этого «темного царства».
Неточные совпадения
На террасе говорили о славянофилах и Данилевском, о Герцене и Лаврове. Клим Самгин знал этих писателей, их идеи были в одинаковой степени чужды ему. Он находил, что, в сущности, все они рассматривают личность только как материал
истории, для всех человек
является Исааком, обреченным на заклание.
В общем — это длинная
история, автором которой, отчасти,
является брат ваш, а отчасти провинциальное начальство.
— Сам народ никогда не делает революции, его толкают вожди. На время подчиняясь им, он вскоре начинает сопротивляться идеям, навязанным ему извне. Народ знает и чувствует, что единственным законом для него
является эволюция. Вожди всячески пытаются нарушить этот закон. Вот чему учит
история…
Впоследствии начались в доме неурядицы,
явилась Грушенька, начались
истории с братом Дмитрием, пошли хлопоты — говорили они и об этом, но хотя Смердяков вел всегда об этом разговор с большим волнением, а опять-таки никак нельзя было добиться, чего самому-то ему тут желается.
И эти притязания германско-европейского централизма
являются великим препятствием на путях соединения Востока и Запада, т. е. решения основной задачи всемирной
истории.