Неточные совпадения
Наконец, вере может быть доступно даже настоящее, поскольку
дело идет о неизвестных рассудку его
законах [Во II главе Послания к Евреям вере дано истолкование и в том и в другом смысле: «верою познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое» (ст. 3); дальнейшее содержание главы говорит о вере как основе не мотивированных разумом и оправдываемых только верою поступков (см. всю эту главу).].
Коль возлюбих
закон Твой, Господи, весь
день поучение мое есть (97).
Заметьте, что каждый человек, посвящающий себя
Закону, поддерживает мир и все
дела творения исполняют свою функцию соответствующим образом благодаря ему.
Христианской мысли необходимо считаться с тем фактом, что женский пол, именно материнство, прославлен Богоматерью («блаженно чрево, носившее Тя, и сосца, яже еси ссалъ» — Лк. 11:27), а мужской Спасителем, над Коим, по
закону иудейскому, в восьмой
день было совершено и обрезание (празднуется 1 января).
Одновременно с этим Бог пробуждает в человеке сознание его тварной свободы тем, что дает ему
закон или заповедь: «И заповедал Господь Бог, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от древа познания добра и зла не ешь от него: ибо в
день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:16–17).
Ветхозаветная религия имела вполне определенную задачу: в ограде
закона, бывшего лишь «сенью будущих благ», в атмосфере чистого и беспримесного монотеизма воспитать земных предков Спасителя, приуготовить явление Пречистой
Девы, а также и Предтечи Господня Иоанна Крестителя и Иосифа Обручника.
Когда же приуготовано было в иудействе это святое и богоизбранное рождение,
закон свершил свое
дело.
Но оно есть
дело человеческой свободы, ставшей произволом и решительно противоставшей
закону жизни, необходимости.
Они так благородны, что их весьма легко обмануть, а во-вторых, они всегда отделываются возвышенным и благородным презрением вместо практического применения к
делу закона, если только можно его применить.
С навыком к ним, природным умом и смышленостью, приученная братом отыскивать в разных уложениях приличные к
делу законы, она вышла из этой школы маленьким чудом-адвокатом.
Неточные совпадения
Задумчивость, ее подруга // От самых колыбельных
дней, // Теченье сельского досуга // Мечтами украшала ей. // Ее изнеженные пальцы // Не знали игл; склонясь на пяльцы, // Узором шелковым она // Не оживляла полотна. // Охоты властвовать примета, // С послушной куклою дитя // Приготовляется шутя // К приличию,
закону света, // И важно повторяет ей // Уроки маменьки своей.
Стихи на случай сохранились; // Я их имею; вот они: // «Куда, куда вы удалились, // Весны моей златые
дни? // Что
день грядущий мне готовит? // Его мой взор напрасно ловит, // В глубокой мгле таится он. // Нет нужды; прав судьбы
закон. // Паду ли я, стрелой пронзенный, // Иль мимо пролетит она, // Всё благо: бдения и сна // Приходит час определенный; // Благословен и
день забот, // Благословен и тьмы приход!
И я, в
закон себе вменяя // Страстей единый произвол, // С толпою чувства
разделяя, // Я музу резвую привел // На шум пиров и буйных споров, // Грозы полуночных дозоров; // И к ним в безумные пиры // Она несла свои дары // И как вакханочка резвилась, // За чашей пела для гостей, // И молодежь минувших
дней // За нею буйно волочилась, // А я гордился меж друзей // Подругой ветреной моей.
Я был рожден для жизни мирной, // Для деревенской тишины: // В глуши звучнее голос лирный, // Живее творческие сны. // Досугам посвятясь невинным, // Брожу над озером пустынным, // И far niente мой
закон. // Я каждым утром пробужден // Для сладкой неги и свободы: // Читаю мало, долго сплю, // Летучей славы не ловлю. // Не так ли я в былые годы // Провел в бездействии, в тени // Мои счастливейшие
дни?
— А, нет! — сказал Чичиков. — Мы напишем, что они живы, так, как стоит действительно в ревизской сказке. Я привык ни в чем не отступать от гражданских
законов, хотя за это и потерпел на службе, но уж извините: обязанность для меня
дело священное,
закон — я немею пред
законом.