Неточные совпадения
Нет, я, заболевший этой
ужасной болезнью, предупреждаю врачей, чтобы они были жалостливее к своим пациентам. Не «тоскливое
состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя… в теле нет клеточки, которая бы не жаждала… Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!
Я была несчастлива и думала, что нельзя быть несчастнее, но того
ужасного состояния, которое теперь испытываю, я не могла себе представить.
Он воротился домой часу уже в одиннадцатом ночи, в
ужасном состоянии и виде; ломая руки, бросился ничком на кровать и всё повторял, сотрясаясь от конвульсивных рыданий:
Неточные совпадения
Можно ль быть
ужаснее их
состояния?
—
Ужасный оболтус, но я тебя именно за это люблю, что ты такой
ужасный оболтус, — повторяла она, видимо особенно полюбив это слово, верно передававшее в ее глазах умственное и нравственное
состояние ее племянника.
Он вспомнил всё, что он видел нынче: и женщину с детьми без мужа, посаженного в острог за порубку в его, Нехлюдовском, лесу, и
ужасную Матрену, считавшую или, по крайней мере, говорившую, что женщины их
состояния должны отдаваться в любовницы господам; вспомнил отношение ее к детям, приемы отвоза их в воспитательный дом, и этот несчастный, старческий, улыбающийся, умирающий от недокорма ребенок в скуфеечке; вспомнил эту беременную, слабую женщину, которую должны были заставить работать на него за то, что она, измученная трудами, не усмотрела за своей голодной коровой.
После ее приезда в Москву вот что произошло со мной: я лежал в своей комнате, на кровати, в
состоянии полусна; я ясно видел комнату, в углу против меня была икона и горела лампадка, я очень сосредоточенно смотрел в этот угол и вдруг под образом увидел вырисовавшееся лицо Минцловой, выражение лица ее было
ужасное, как бы одержимое темной силой; я очень сосредоточенно смотрел на нее и духовным усилием заставил это видение исчезнуть, страшное лицо растаяло.
Вспоминая свое отрочество и особенно то
состояние духа, в котором я находился в этот несчастный для меня день, я весьма ясно понимаю возможность самого
ужасного преступления, без цели, без желания вредить, — но так — из любопытства, из бессознательной потребности деятельности.