Григорий Григорьевич Орлов не удовольствовался этим тесным жилищем и в 1766 году принялся строить в Гатчине, по плану знаменитого архитектора Ринальди,
громадный дворец, наподобие старинного замка, с двумя высокими башнями по углам.
Неточные совпадения
В Риме, устроив с Кириловым мастерскую, он делил время между музеями,
дворцами, руинами, едва чувствуя красоту природы, запирался, работал, потом терялся в новой толпе, казавшейся ему какой-то
громадной, яркой, подвижной картиной, отражавшей в себе тысячелетия — во всем блеске величия и в поразительной наготе всей мерзости — отжившего и живущего человечества.
Громадный узкий пруд был сдавлен в живописных крутых берегах; под плотиной курилось до десятка больших труб и две доменных печи; на берегу пруда тянулась заповедная кедровая роща, примыкавшая к большому господскому дому, походившему на
дворец.
За кедровые бревна с Ливана, за кипарисные и оливковые доски, за дерево певговое, ситтим и фарсис, за обтесанные и отполированные
громадные дорогие камни, за пурпур, багряницу и виссон, шитый золотом, за голубые шерстяные материи, за слоновую кость и красные бараньи кожи, за железо, оникс и множество мрамора, за драгоценные камни, за золотые цепи, венцы, шнурки, щипцы, сетки, лотки, лампады, цветы и светильники, золотые петли к дверям и золотые гвозди, весом в шестьдесят сиклей каждый, за златокованые чаши и блюда, за резные и мозаичные орнаменты, залитые и иссеченные в камне изображения львов, херувимов, волов, пальм и ананасов — подарил Соломон Тирскому царю Хираму, соименнику зодчего, двадцать городов и селений в земле Галилейской, и Хирам нашел этот подарок ничтожным, — с такой неслыханной роскошью были выстроены храм Господень и
дворец Соломонов и малый
дворец в Милло для жены царя, красавицы Астис, дочери египетского фараона Суссакима.
У него было около миллиона, но все эти деньги ушли меж пальцев: выстроил он
громадную мельницу — мельница сгорела, выстроил дом-дворец, купил на юге
громадный конский завод, открыл залежи графита и т. д.
В глухую полночь, бесприютный, // По стогнам города пойдешь: //
Громадный, стройный и суровый, // Заснув под тучею свинцовой, // Тогда предстанет он иным, // И, опоясанный гробами, // Своими пышными
дворцами, // Величьем царственным своим — // Не будет радовать.