— Я ему нравлюсь? Может быть. А потом что? Когда я поступлю на сцену, я буду нравиться сотням мужчин, в партере и ложах. И многие будут за мной ухаживать… Как же с этим быть? Стало, мне нельзя
быть актрисой! Лучше ты сразу объяви это.
Неточные совпадения
Весь первый акт он сильно напрягал внимание. Но он не мог вполне отдаться тому, что происходило перед сценой и что говорила
актриса о том ужасе, когда все живое погибнет и земля
будет вращаться в небесных пространствах, как охолоделая глыба.
У нее
есть другая страсть — сцена, искусство. Она кончит тем, что
будет настоящей
актрисой. Она выстрадала себе талант и в нем найдет свою высшую отраду.
— Почему нет? Да в этом театре, где мы с тобой
были два раза, разве нет замужних
актрис? Я знаю, что
есть. Ты сам мне говорил. И та, которая нас с тобой восхитила, — замужняя.
— Не в состоянии я
буду мириться с тем миром, куда тебя тянет, Надя. Хотя бы ты
была с талантом Дузе. Нельзя такому человеку, как я,
быть мужем
актрисы. Не свои мучения страшат меня, Надя, а то, что я тебе
буду вечной помехой. И вот видишь, не способен я в эту минуту ставить такой вопрос: либо я, либо твоя сцена. Я должен отказаться, а не ты.
"Ваша матушка, — писала Надя, — сказала моему отцу, что если бы я действительно вас любила — я бы не выбрала сцены. Может
быть, и вы того же мнения, Заплатин? Но не следовало, кажется мне, говорить так моему отцу. Вы возвратили мне свободу, а я не хотела фальшивить, не хотела и ломать свою жизнь потому только, что вы не хотите
быть мужем будущей
актрисы.
Были актрисы, адвокаты, молодые литераторы, два офицера саперного батальона, был старичок с орденом на шее и с молодой женой, мягкой, румяной, точно оладья, преобладала молодежь, студенты, какие-то юноши мелкого роста, одетые франтовато.
Несчастливцев. Стой, беглец! Я великодушен, я тебя прощаю. Торжествуй, Аркашка! У нас
есть актриса; мы с тобой объедем все театры и удивим всю Россию.
Неточные совпадения
— В театре одна
актриса так, каналья,
пела, как канарейка!
Только два раза в неделю посижу да пообедаю у генерала, а потом поедешь с визитами, где давно не
был; ну, а там… новая
актриса, то на русском, то на французском театре.
— Какие женщины! — сказал Вронский, вспоминая Француженку и
актрису, с которыми
были в связи названные два человека.
Она вся расширела, и в лице ее, в то время как она говорила об
актрисе,
было злое, искажавшее ее лицо выражение.
— И все вообще, такой ужас! Ты не знаешь: отец, зимою, увлекался водевильной
актрисой; толстенькая, красная, пошлая, как торговка. Я не очень хороша с Верой Петровной, мы не любим друг друга, но — господи! Как ей
было тяжело! У нее глаза обезумели. Видел, как она поседела? До чего все это грубо и страшно. Люди топчут друг друга. Я хочу жить, Клим, но я не знаю — как?