Неточные совпадения
— Ну, Фифка!.. Détalons!.. Chère cousine… [Удираем!.. Дорогая
кузина… (фр.).] Что это вы какие строгие? Точно посечь нас собираетесь. Вы
видите: оставляем вас en tête-à-tête… [наедине (фр.).] Это всегда хорошо. Как бы сказать… добродетельно. Виктор! Мы тебя, голубчик, подождем до пятого… Идет? Вы позволите? — обратился он к Анне Серафимовне. — Муженька-то в строгости держите. Не женись, Фифка!.. Правда, за тебя, урод, никто и не пойдет…
Редко он заезжал теперь к своей очень дальней
кузине, княжне Куратовой; но он не забывает ее, и ему приятно ее
видеть. Он очень обрадовался, что неожиданно очутился в ее переулке.
Анна Серафимовна подумала в эту минуту, что ведь Долгушина —
кузина Палтусова. Вот она
увидит фабрику. Он узнает от нее, как ведется дело… Заинтересуется и сам, быть может, попросится посмотреть.
Неточные совпадения
Одна из первых дам Петербурского света, которую
увидел Вронский, была его
кузина Бетси.
— Это я
вижу,
кузина; но поймете ли? — вот что хотел бы я знать! Любили и никогда не выходили из вашего олимпийского спокойствия?
И только, Борис Павлыч! Как мне грустно это, то есть что «только» и что я не могу тебе сообщить чего-нибудь повеселее, как, например, вроде того, что
кузина твоя, одевшись в темную мантилью, ушла из дома, что на углу ждала ее и умчала куда-то наемная карета, что потом
видели ее с Милари возвращающуюся бледной, а его торжествующим, и расстающихся где-то на перекрестке и т. д. Ничего этого не было!
— Молчи, пожалуйста! — с суеверным страхом остановил его Аянов, — еще накличешь что-нибудь! А у меня один геморрой чего-нибудь да стоит! Доктора только и знают, что вон отсюда шлют: далась им эта сидячая жизнь — все беды в ней
видят! Да воздух еще: чего лучше этого воздуха? — Он с удовольствием нюхнул воздух. — Я теперь выбрал подобрее эскулапа: тот хочет летом кислым молоком лечить меня: у меня ведь закрытый… ты знаешь? Так ты от скуки ходишь к своей
кузине?
Теперь он возложил какие-то, еще неясные ему самому, надежды на
кузину Беловодову, наслаждаясь сближением с ней. Ему пока ничего не хотелось больше, как
видеть ее чаще, говорить, пробуждать в ней жизнь, если можно — страсть.