Правда, в печать тогдашняя цензура ничего такого и не
пустила бы, но ведь цензура в 40-х годах и в начале 50-х годов была еще строже; а это не мешало"отцам"любить скоромное в непечатной литературе стишков, анекдотов, целых поэм.
Неточные совпадения
Признаюсь, он мне в тот визит к обывателям Карлова не особенно приглянулся. Наружностью он походил еще на тогдашние портреты автора"Тарантаса", без седины, с бакенбардами, с чувственным ртом, очень рослый, если не тучный, то плотный; держался он сутуловато и как
бы умышленно небрежно, говорил, мешая французский жаргон с русским — скорее деланным тоном, часто острил и
пускал в ход комические интонации.
В кабинете редакции и за столом Леонтьев больше молчал или
пускал короткие фразы, тяжело дыша, как горбоносец. Он при Каткове как
бы умышленно стушевался и смахивал на родственника, живущего в доме, как это водилось так еще часто в московских домах.
В редакции"Народных листов"меня все просили
пустить в ход в моих корреспонденциях мысль: как хорошо было
бы для сближения с Россией организовать поездку в Прагу нашей оперной и даже балетной труппы.
Я должен здесь по необходимости повторяться. О встрече с Герценом, нашем сближении, его жизни в Париже, кончине и похоронах — я уже говорил в печати. Но
пускай то, что стоит здесь, является как
бы экстрактом пережитого в общении с автором"Былого и дум"и"С того берега".
Другой покойник в гораздо большей степени мог
бы считаться если не изгнанником, то"русским иностранцем", так как он с молодых лет покинул отечество (куда наезжал не больше двух-трех раз), поселился в Париже,
пустил там глубокие корни, там издавал философский журнал, там вел свои научные и писательские работы; там завязал обширные связи во всех сферах парижского общества, сделался видным деятелем в масонстве и умер в звании профессора College de France, где занимал кафедру истории наук.
Но нет: я думаю, ты все был бы тот же, хотя бы даже воспитали тебя по моде,
пустили бы в ход и жил бы ты в Петербурге, а не в захолустье.
Вообще, все эти мечты о будущем, все эти гадания — все это теперь еще как роман, и я, может быть, напрасно записываю;
пускай бы оставалось под черепом; знаю тоже, что этих строк, может быть, никто не прочтет; но если б кто и прочел, то поверил ли бы он, что, может быть, я бы и не вынес ротшильдских миллионов?
Неточные совпадения
Гладиатор и Диана подходили вместе, и почти в один и тот же момент: раз-раз, поднялись над рекой и перелетели на другую сторону; незаметно, как
бы летя, взвилась за ними Фру-Фру, но в то самое время, как Вронский чувствовал себя на воздухе, он вдруг увидал, почти под ногами своей лошади, Кузовлева, который барахтался с Дианой на той стороне реки (Кузовлев
пустил поводья после прыжка, и лошадь полетела с ним через голову).
«Ну-ка,
пустить одних детей, чтоб они сами приобрели, сделали посуду, подоили молоко и т. д. Стали
бы они шалить? Они
бы с голоду померли. Ну-ка,
пустите нас с нашими страстями, мыслями, без понятия о едином Боге и Творце! Или без понятия того, что есть добро, без объяснения зла нравственного».
Обратный путь был так же весел, как и путь туда. Весловский то пел, то вспоминал с наслаждением свои похождения у мужиков, угостивших его водкой и сказавших ему: «не обсудись»; то свои ночные похождения с орешками и дворовою девушкой и мужиком, который спрашивал его, женат ли он, и, узнав, что он не женат, сказал ему: «А ты на чужих жен не зарься, а
пуще всего домогайся, как
бы свою завести». Эти слова особенно смешили Весловского.
— Я не об вас, совсем не об вас говорю. Вы совершенство. Да, да, я знаю, что вы все совершенство; но что же делать, что я дурная? Этого
бы не было, если б я не была дурная. Так
пускай я буду какая есть, но не буду притворяться. Что мне зa дело до Анны Павловны!
Пускай они живут как хотят, и я как хочу. Я не могу быть другою… И всё это не то, не то!..
— Да чтобы с одного боку она, понимаешь — зарумянилась
бы, а с другого
пусти ее полегче. Да исподку-то, исподку-то, понимаешь, пропеки ее так, чтобы рассыпáлась, чтобы всю ее проняло, знаешь, соком, чтобы и не услышал ее во рту — как снег
бы растаяла.