Неточные совпадения
Писать фельетонные заметки я согласился охотно. Тона моего предшественника я не хотел держаться; но не боялся быть самостоятельным в своих оценках и симпатиях. А выражать их пришлось сейчас же
по поводу всяких новых течений и веяний, литературных и художественных
новостей и выдающихся личностей.
Достаточно в этом отношении указать хотя бы на его фельетон"Новая группа людей", помещенный когда-то в"
Новостях", в котором он, вооруженный большими знаниями
по психопатологии, указывал на вредные последствия выдвигавшегося в то время псевдонаучного понятия о психопатии как основании для невменяемости и пагубное влияние слушания таких дел при открытых дверях суда на нервных юношей и истерически настроенных обычных посетительниц судебных заседаний.
Неточные совпадения
По крайней мере не надутый. // Вот
новости! — я пользуюсь минутой, // Свиданьем с вами оживлен, // И говорлив; а разве нет времен, // Что я Молчалина глупее? Где он, кстати? // Еще ли не сломил безмолвия печати? // Бывало, песенок где новеньких тетрадь // Увидит, пристает: пожалуйте списать. // А впрочем, он дойдет до степеней известных, // Ведь нынче любят бессловесных.
Другие гости заходили нечасто, на минуту, как первые три гостя; с ними со всеми все более и более порывались живые связи. Обломов иногда интересовался какой-нибудь
новостью, пятиминутным разговором, потом, удовлетворенный этим, молчал. Им надо было платить взаимностью, принимать участие в том, что их интересовало. Они купались в людской толпе; всякий понимал жизнь по-своему, как не хотел понимать ее Обломов, а они путали в нее и его: все это не нравилось ему, отталкивало его, было ему не
по душе.
Между собеседниками
по большей части царствует глубокое молчание: все видятся ежедневно друг с другом; умственные сокровища взаимно исчерпаны и изведаны, а
новостей извне получается мало.
Был ему
по сердцу один человек: тот тоже не давал ему покоя; он любил и
новости, и свет, и науку, и всю жизнь, но как-то глубже, искреннее — и Обломов хотя был ласков со всеми, но любил искренно его одного, верил ему одному, может быть потому, что рос, учился и жил с ним вместе. Это Андрей Иванович Штольц.
Письмо было от моего приятеля. Охотник до всяких
новостей, он обещал меня в отсутствии снабжать оными и сдержал слово. Между тем к кибитке моей подделали новую ось, которая,
по счастию, была в запасе. Едучи, я читал: