Неточные совпадения
Сангвинический пошиб во всем преобладал. Тогда «
первый комический актер» (по номенклатуре Гоголя) действительно играл как высокий комик, а не как резонер, который по-своему мудрит и подгоняет лицо, выхваченное из жизни, под свои личные теории, соображения, вкусы и приемы
игры.
Таким драматургам, как Чернышев, было еще удобнее ставить, чем нам. Они были у себя дома, писали для таких-то
первых сюжетов, имели всегда самый легкий сбыт при тогдашней системе бенефисов.
Первая большая пьеса Чернышева"Не в деньгах счастье"выдвинула его как писателя благодаря
игре Мартынова. А"Испорченная жизнь"разыграна была ансамблем из Самойлова, П.Васильева, Снетковой и Владимировой.
С
первых ее слов, когда она начала репетировать (а играла она в полную
игру), ее задушевный голос и какая-то прозрачная искренность тона показали мне, как она подходит к лицу героини драмы и какая вообще эта натура для исполнения не условной театральной «ingenue», а настоящей девической «наивности», то есть чистоты и правды той юной души, которая окажется способной проявить и всю гамму тяжелых переживаний, всю трепетность тех нравственных запросов, какие трагически доводят ее до ухода из жизни.
Ристори приехала и в другой раз в Петербург, привлеченная сборами
первого приезда. Но к ней как-то быстро стали охладевать. Чтобы сделать свою
игру доступнее, она выступала даже с французской труппой в пьесе, специально написанной для нее в Париже Легуве, из современной жизни, но это не подняло ее обаяния, а, напротив, повредило. Пьеса была слащавая, ординарная, а она говорила по-французски все-таки с итальянским акцентом.
Как
первая трагическая итальянская актриса, она оставила очень определенный, выработанный образец
игры, помимо своих эффектных внешних средств.
Сарсе прямо с учительской кафедры, да еще в провинции, попал в парижские рецензенты, и
первое время ему стоило огромных усилий написать самую банальную фразу об
игре такого-то актера или актрисы. Но он полюбилтеатр и сроднился с ним как никто из его парижских сверстников.
Настоящей любимицей была Вальтер, на которой держался классический репертуар. Как"герой", Зонненталь, получивший впоследствии дворянство, был в расцвете сил. Соперником его на сильные характерные роли считался Левинский, а
первым комиком состоял Ларош, очень тонкий актер старой школы, напоминавший мне
игру И.П.Сосницкого. Из молодых актрис ни одна не выделялась крупным талантом, а актер Баумейстер, позднее сделавшийся"
первым сюжетом"труппы, тогда считался только"хорошей полезностью".
В А.И. чуялось что-то гораздо ближе к нам, что-то более демократическое и знакомое нам, несмотря на то, что он был на целых 6 лет старше Тургенева и мог быть, например, свободно моим отцом, так как родился в 1812, а я в 1836. Но что особенно, с
первой же встречи, было в нем знакомое и родное нам — это то, что в нем так сохранилось дитя Москвы, во всем: в тембре голоса, в интонациях, самом языке, в живости речи, в движениях, в мимической
игре.
Она мне сразу показалась очень своеобразной актрисой, свободной от рутины тогдашней
игры большинства женских"
первых сюжетов".
Уже и тогда Паска была не
первой молодости, но как женщина еще очень интересна. Те, кто ее помнят по Петербургу — а таких еще немало, — наверно, будут того мнения, что такой"интересной"актрисы не только по
игре, но и по наружности они потом уже не видали в Петербурге.
Вормс —
первый любовник, который брал темпераментом, умной, нервной
игрой, — в жизни не был занимателен и держался слишком серьезного тона. Но он, не в пример своим товарищам, один выучился читать и писать по-русски. И он доразвил свое дарование в Петербурге, и сразу в Париже попал в сосьетеры"Французской комедии".
В Женеве он поддерживал себя материально, давая уроки и по общим русским предметам, и по фортепианной
игре. Когда я (во время франко-прусской войны) заехал в Женеву повидаться с Лизой Герцен, я нашел его ее учителем. Но еще раньше я возобновил наше знакомство на конгрессах"Мира и свободы", всего больше на
первом по счету из тех, на какие я попадал, — в Берне.
Неточные совпадения
Она поэту подарила // Младых восторгов
первый сон, // И мысль об ней одушевила // Его цевницы
первый стон. // Простите,
игры золотые! // Он рощи полюбил густые, // Уединенье, тишину, // И ночь, и звезды, и луну, // Луну, небесную лампаду, // Которой посвящали мы // Прогулки средь вечерней тьмы, // И слезы, тайных мук отраду… // Но нынче видим только в ней // Замену тусклых фонарей.
При ней как-то смущался недобрый человек и немел, а добрый, даже самый застенчивый, мог разговориться с нею, как никогда в жизни своей ни с кем, и — странный обман! — с
первых минут разговора ему уже казалось, что где-то и когда-то он знал ее, что случилось это во дни какого-то незапамятного младенчества, в каком-то родном доме, веселым вечером, при радостных
играх детской толпы, и надолго после того как-то становился ему скучным разумный возраст человека.
Чичиков налил стакан из
первого графина — точно липец, который он некогда пивал в Польше:
игра как у шампанского, а газ так и шибнул приятным кручком изо рта в нос.
В картишки, как мы уже видели из
первой главы, играл он не совсем безгрешно и чисто, зная много разных передержек и других тонкостей, и потому
игра весьма часто оканчивалась другою
игрою: или поколачивали его сапогами, или же задавали передержку его густым и очень хорошим бакенбардам, так что возвращался домой он иногда с одной только бакенбардой, и то довольно жидкой.
— Вы сами же вызывали сейчас на откровенность, а на
первый же вопрос и отказываетесь отвечать, — заметил Свидригайлов с улыбкой. — Вам все кажется, что у меня какие-то цели, а потому и глядите на меня подозрительно. Что ж, это совершенно понятно в вашем положении. Но как я ни желаю сойтись с вами, я все-таки не возьму на себя труда разуверять вас в противном. Ей-богу,
игра не стоит свеч, да и говорить-то с вами я ни о чем таком особенном не намеревался.