Неточные совпадения
Можно и теперь без преувеличения сказать, что в самом преддверии эпохи реформ бурши"Рутении"совершенно еще спали, в смысле общественного обновления; они были — по всему складу их кружковой жизни — дореформенные
молодые люди, как бы ничем не связанные с теми упованиями и запросами, которые повсюду внутри
страны уже пробивались наружу.
Я не стану здесь рассказывать про то, чем тогда была Испания. Об этом я писал достаточно и в корреспонденциях, и в газетных очерках, и даже в журнальных статьях. Не следует в воспоминаниях предаваться такому ретроспективному репортерству. Гораздо ценнее во всех смыслах освежение тех «пережитков», какие испытал в моем лице русский
молодой писатель, попавший в эту
страну одним из первых в конце 60-х годов.
Неточные совпадения
Я любовался тем, что вижу, и дивился не тропической растительности, не теплому, мягкому и пахучему воздуху — это все было и в других местах, а этой стройности, прибранности леса, дороги, тропинок, садов, простоте одежд и патриархальному, почтенному виду стариков, строгому и задумчивому выражению их лиц, нежности и застенчивости в чертах
молодых; дивился также я этим земляным и каменным работам, стоившим стольких трудов: это муравейник или в самом деле идиллическая
страна, отрывок из жизни древних.
Юность, где только она не иссякла от нравственного растления мещанством, везде непрактична, тем больше она должна быть такою в
стране молодой, имеющей много стремлений и мало достигнутого.
Молодой, красивый инженер ехал в далекую Сибирь с широкими планами обновить мертвую
страну разными предприятиями.
Как сердце билося живей // При виде солнца и полей // С высокой башни угловой, // Где воздух свеж и где порой // В глубокой скважине стены, // Дитя неведомой
страны, // Прижавшись, голубь
молодой // Сидит, испуганный грозой?
Он был человек отлично образованный, славно знал по-латыни, был хороший ботаник; в деле воспитания мечтатель с юношескою добросовестностью видел исполнение долга, страшную ответственность; он изучил всевозможные трактаты о воспитании и педагогии от «Эмиля» и Песталоцци до Базедова и Николаи; одного он не вычитал в этих книгах — что важнейшее дело воспитания состоит в приспособлении
молодого ума к окружающему, что воспитание должно быть климатологическое, что для каждой эпохи, так, как для каждой
страны, еще более для каждого сословия, а может быть, и для каждой семьи, должно быть свое воспитание.