Неточные совпадения
Этот дядя, когда наезжал к нам в отпуск,
был всегда очень ласков со мною, давал мне читать книжки, рассказывал про Петербург, про театры, про разные местности России, где стоял, когда служил еще в армейской кавалерии. Разумеется, своих протестующих идей он не развивал перед гимназистиком
по двенадцатому году; но в нем, питомце светско-придворного корпуса, не
было никакой военщины ни в тоне, ни в манерах, ни в
нравах.
Нравы семей, составлявших тогдашнее «общество»,
были сами
по себе вовсе не грязнее нынешних.
А студенческая братия держалась в массе тех же
нравов. Тут
было гораздо больше грубости, чем испорченности; скука, лень, молодечество, доходившее часто до самых возмутительных выходок.
Были такие обычаи,
по части разврата, когда какая-нибудь пьяная компания дойдет до „зеленого змия“, что я и теперь затрудняюсь рассказать дословно, что разумели, например, под циническими терминами — „хлюст“ и „хлюстованье“.
Вообще, я уже и тогда должен
был помириться с тем фактом, что
нравы пишущей братии
по этой части весьма и весьма небезупречны. Таких алкоголиков — и запойных, и простых, — как в ту"эпоху реформ", уже не бывало позднее среди литераторов,
по крайней мере такого"букета", если его составить из Мея, Кроля, Григорьева и Якушкина, знаменитого"ходебщика", позднее моего сотрудника.
Пойдешь, бывало, ранним утром по делам, воротишься домой: в фатере любо поглядеть: прибрано, примыто, сама сидит лучше другой барыни, и так мне все это
было по нраву, что иной раз всплачешь потихоньку…
Неточные совпадения
Откуда возьмется и надутость и чопорность, станет ворочаться
по вытверженным наставлениям, станет ломать голову и придумывать, с кем и как, и сколько нужно говорить, как на кого смотреть, всякую минуту
будет бояться, чтобы не сказать больше, чем нужно, запутается наконец сама, и кончится тем, что станет наконец врать всю жизнь, и выдет просто черт знает что!» Здесь он несколько времени помолчал и потом прибавил: «А любопытно бы знать, чьих она? что, как ее отец? богатый ли помещик почтенного
нрава или просто благомыслящий человек с капиталом, приобретенным на службе?
Один
был отец семейства,
по имени Кифа Мокиевич, человек
нрава кроткого, проводивший жизнь халатным образом.
О нет-с, не потому; // Сам
по себе,
по нраву,
по уму. // Платон Михайлыч мой единственный, бесценный! // Теперь в отставке,
был военный; // И утверждают все, кто только прежде знал, // Что с храбростью его, с талантом, // Когда бы службу продолжал, // Конечно,
был бы он московским комендантом.
И прочность, и уют, всё
было в доме том, // И дом бы всем пришёл ему
по нраву, // Да только то беды — // Немножко далеко стоял он от воды.
Этот рыцарь
был и со страхом и с упреком. Он принадлежал двум эпохам, и обе положили на него печать свою. От одной перешла к нему
по наследству безграничная преданность к дому Обломовых, а от другой, позднейшей, утонченность и развращение
нравов.