Неточные совпадения
И те, которые ограждают
свободу совести как формальное, бессодержательное,
политическое право, и те, которые политически же отрицают подобное право и внешне, формально охраняют веру, одинаково чужды
свободе и далеки от ее святости.
Спор ведется в плоскости, в которой исчезает религиозная проблема
свободы и остается лишь
политическое озлобление.
Свобода в христианской религии не есть формальный принцип, как в
политическом либерализме, не есть
свобода безразличная, бессодержательная.
В эти трудные минуты судьба церкви зависит не от внешних вещей, не от принудительных охранений, не от государственных вмешательств, не от
политических переворотов, не от общественных реформ, а от напряженного мистического чувства церкви верных, от мистической
свободы прежде всего.
— Ну, да! А — что же? А чем иным, как не идеализмом очеловечите вы зоологические инстинкты? Вот вы углубляетесь в экономику, отвергаете необходимость политической борьбы, и народ не пойдет за вами, за вульгарным вашим материализмом, потому что он чувствует ценность
политической свободы и потому что он хочет иметь своих вождей, родных ему и по плоти и по духу, а вы — чужие!
Толпа во всяких увеселениях по внешности культурнее, чем где-либо, но по вкусам — низменная, что особенно бросается вам в глаза и в нос во всяких"Music-halls". Атлеты, акробаты, грубое фиглярство, канкан (более циничный, чем даже в Париже), бессмысленные песенки, плоские остроты — вот духовная пища лондонской зрительной толпы. При такой
политической свободе печатного слова — никакой сатирической жилки, ни в пьесах, ни в номерах кафешантанов. Так было еще и в 1895 году.
—
Политическая свобода! — Толстой пренебрежительно махнул рукою. — Это совершенно неважно и ненужно. Важно нравственное усовершенствование, важна любовь, — вот что создает братские отношения между людьми, а не свобода.
Неточные совпадения
В действительности мы видим, что неизбежность социального переустройства общества сопровождается уменьшением
свободы, не только экономической и
политической, но и интеллектуальной и духовной.
Меня будет сейчас интересовать совсем не
политическая злоба дня, а вечный вопрос о справедливости и
свободе.
И как военные живут всегда в атмосфере общественного мнения, которое не только скрывает от них преступность совершаемых ими поступков, но представляет эти поступки подвигами, — так точно и для
политических существовала такая же, всегда сопутствующая им атмосфера общественного мнения их кружка, вследствие которой совершаемые ими, при опасности потери
свободы, жизни и всего, что дорого человеку, жестокие поступки представлялись им также не только не дурными, но доблестными поступками.
Мне трудно вполне принять какую-либо
политическую революцию потому, что я глубоко убежден в подлинной революционности личности, а не массы, и не могу согласиться на ту отмену
свобод во имя
свободы, которая совершается во всех революциях.
Чисто
политические революции отталкивали меня не только практикуемыми средствами борьбы, отрицанием
свободы и прочим.