Неточные совпадения
Существует три типических решения вопроса о взаимоотношении знания и веры, и, как увидим ниже, решения эти, несмотря на различия, сходятся
в том, что одинаково признают коренную противоположность знания и веры,
не ищут
общей подпочвы
в глубине.
Для обличения мира невидимых вещей нужна активность всей человеческой природы,
общее ее напряжение, а
не активность одного лишь интеллекта, как то мы находим
в знании мира видимого.
Если действительность непосредственно воспринимается нами и непосредственно присутствует
в знании, то
общее в знании
не может быть истолковано номиналистически,
не может быть производным,
не есть абстракция от частных реальностей, а есть сама
общая реальность.
«
Общее в вещах есть нечто первоначальное, непроизводное, поэтому и
в мышлении оно
не может быть произведено и сложено из чего-либо
не общего».
«Реализм есть даже и
не объяснение, а прямое выражение тех фактов, которые непосредственно переживаются
в акте высказывания
общего суждения».
Риккерт
не видит индивидуальности
общего и отрицает данность индивидуально-общей и индивидуально-частной действительности
в знании.
Различие между
общим и индивидуальным лежит
в самой действительности,
в самом бытии, а
не в субъекте,
не в механизме познания — вот ценный вывод Лосского.
Расширение горизонтов Лосский, по-видимому, откладывает до онтологической гносеологии, но уже
в его пропедевтической гносеологии обнаруживается, что он ничего
общего не имеет с замкнутым позитивизмом, что у него есть тайное желание разбить позитивизм.
В древней стихии рода
не была сознана
не только личность человека, но
не было сознано и единство человечества, обладающее соборной душой и
общим назначением.
— В остроге есть одно лицо, которым я очень интересуюсь (при слове острог лицо Масленникова сделалось еще более строго), и мне хотелось бы иметь свидание
не в общей, а в конторе, и не только в определенные дни, но и чаще. Мне сказали, что это от тебя зависит.
Мы останавливались в Венеции, в Болонье, во Флоренции и в каждом городе непременно попадали в дорогой отель, где с нас драли отдельно и за освещение, и за прислугу, и за отопление, и за хлеб к завтраку, и за право пообедать
не в общей зале.
Мы должны говорить обратное тому, что всегда говорят: божественное обнаруживается в «частях», никогда не в «целом», в индивидуальном, никогда
не в общем, оно обнаруживается не в миропорядке, ничего общего с Богом не имеющем, а в восстании страдающей личности против миропорядка, восстании свободы против необходимости.
Для стада баранов тот баран, который каждый вечер отгоняется овчаром в особый денник к корму и становится вдвое толще других, должен казаться гением. И то обстоятельство, что каждый вечер, именно этот самый баран попадает
не в общую овчарню, а в особый денник к овсу, и что этот, именно этот самый баран, облитый жиром, убивается на мясо, должно представляться поразительным соединением гениальности с целым рядом необычайных случайностей.
Неточные совпадения
Послушайте, Иван Кузьмич, нельзя ли вам, для
общей нашей пользы, всякое письмо, которое прибывает к вам
в почтовую контору, входящее и исходящее, знаете, этак немножко распечатать и прочитать:
не содержится ли нем какого-нибудь донесения или просто переписки.
Дети, которые при рождении оказываются
не обещающими быть твердыми
в бедствиях, умерщвляются; люди крайне престарелые и негодные для работ тоже могут быть умерщвляемы, но только
в таком случае, если, по соображениям околоточных надзирателей,
в общей экономии наличных сил города чувствуется излишек.
Искусственные примеси сверху донизу опутали Глупов, и ежели можно сказать, что
в общей экономии его существования эта искусственность была небесполезна, то с
не меньшею правдой можно утверждать и то, что люди, живущие под гнетом ее, суть люди
не весьма счастливые.
Вообще политическая мечтательность была
в то время
в большом ходу, а потому и Бородавкин
не избегнул
общих веяний времени.
Началось
общее судбище; всякий припоминал про своего ближнего всякое, даже такое, что тому и во сне
не снилось, и так как судоговорение было краткословное, то
в городе только и слышалось: шлеп-шлеп-шлеп!