Неточные совпадения
Ясно, что множественность и повторяемость в индийской философии и
религии, отрицание смысла конкретной
истории, допущение скитания душ по разным краям бытия, по темным коридорам и индивидуального спасения этих душ путем превращения в новые и новые формы — все это несовместимо с принятием Христа и с надеждой на спасительный конец
истории мира.
Естественные
религии организовали жизнь рода, спасали человечество от окончательного распадения и гибели, создавали колыбель
истории, той
истории, которая вся покоится на натуральном роде, на естественном продолжении человечества во времени, но имеет своей конечной задачей преобразить человеческий род в богочеловечество, победив естественную стихию.
Родовые
религии сделали возможными первые стадии человеческой
истории; в них открылись элементарно необходимые истины; но откровения о личности и ее идеальной природе в них не было еще, не настало еще для этого время.
И до сих пор мир не понимает, почему Христос не пришел в силе и славе, почему не явил Своей божественной мощи, почему так бессильна
религия Христа в
истории, почему христианство получает удар за ударом и не удается, не устраивает этого мира.
Искушения христианской
истории отразились на историческом христианстве, которое оказалось компромиссом подлинной
религии Христа с царством князя этого мира.
Этот трагизм христианской
истории в том коренился, что христианская
религия все еще не была полным откровением, что не наступили еще времена для раскрытия положительной религиозной антропологии, монистической правды о земной судьбе человечества.
Процесс
истории привел человечество XIX века к идее прогресса, которая стала основной, вдохновляющей, стала как бы новой
религией, новым богом.
Причудливая диалектика
истории передала идею прогресса в руки нового человечества, настроенного гуманистически и рационалистически, отпавшего от христианской
религии, принявшего веру атеистическую.
Учение о прогрессе, о смысле
истории неизбежно предполагает благодатное завершение
истории, конечный исход, конец
истории, ту или иную эсхатологию; в эсхатологии — пафос
религии прогресса, душа ее.
А вместе с тем прогрессисты-позитивисты отрицают конец
истории, исповедуют
религию плохой бесконечности, отсутствия конца во времени, бесконечного совершенствования.
Появление
религии прогресса и социализма обостряет религиозно-эсхатологическую проблему, ставит перед христианским сознанием вопрос о религиозном смысле
истории и ее завершении, служит возрождению религиозному, связанному с обетованиями и пророчествами.
Религия Христа зовет нас к борьбе за жизнь, к мировой победе над смертью, к завоеванию воскресения
историей и творчеством.
Страдание в
религии Христа совсем не то, что в
религии буддийской, к которой слишком часто уклонялось христианство в
истории.
Он никогда не задумывается о социальной стороне той католической
религии, которую принимает, никогда не думает о связи католичества с мировой
историей.
Что таинства эти не оставались одной внешней символикой, но были и некоторым мистическим действом, переживались религиозно, в этом не может быть никакого сомнения, — вне этого предположения вся
история религии превращается в нелепость или парадокс.
— Если вы знакомы с
историей религий, сект, философских систем, политических и государственных устройств, то можете заметить, что эти прирожденные человечеству великие идеи только изменяются в своих сочетаниях, но число их остается одинаким, и ни единого нового камешка не прибавляется, и эти камешки являются то в фигурах мрачных и таинственных, — какова религия индийская, — то в ясных и красивых, — как вера греков, — то в нескладных и исковерканных представлениях разных наших иноверцев.
Неточные совпадения
Он и был твердо уверен в своей правоте, как не может не быть уверен в правоте здравого смысла всякий образованный человек нашего времени, который знает немного
историю, знает происхождение
религии вообще и о происхождении и распадении церковно-христианской
религии.
Очевидно, прежде всего, что ей доступна лишь эмпирическая феноменология
религии, которая и изучается подобно фактам этнографии или
истории, регистрируемым, классифицируемым, схематизируемым.
Поэтому наукой о
религии возможно заниматься, при известной методологической тренировке или школе, не имея внутренне никакой религиозной одаренности, относясь к фактам религиозной
истории как коллекционер, собирающий, примерно, бразильских бабочек или редких жуков.
Без такого органа было бы, конечно, невозможно то пышное и многоцветное развитие
религии и
религий, какое мы наблюдаем в
истории человечества, а также и все ее своеобразие [Нам приятно отметить, что к опытному истолкованию
религии приходит в результате всего своего колоссального изучения
религий Макс Мюллер (в разных своих сочинениях, см., напр., Natürliche Religion. Leipzig, 1890.
Вообще в
истории мысли это есть предельный пункт унижения
религии под видом ее защиты, ибо мужественнее и естественнее прямо признать, что
религии нет и она вообще невозможна, нежели в самый темный угол сознания, пользуясь его сумерками, упрятывать
религию.