Неточные совпадения
Не только
боги язычества, но и
Бог Ветхого
Завета страшен и грозен; он мстит и карает, он не знает пощады, он требует крови не только животных, но и людей.
В Ветхом
Завете и язычестве
Бог открывается человеку как Сила, но он еще не Отец; люди сознают себя не детьми
Бога, а рабами; отношение к
Богу основано не на любви и свободе, и на насилии и устрашении.
Ветхий
Завет еврейский был откровением
Бога Отца; Ветхий
Завет языческий был откровением мировой души, раскрывавшейся для восприятия Логоса.
Новый
Завет и есть
завет свободной любви человека и
Бога.
Вся историческая драма религии Нового
Завета в том, что Новый
Завет человека с
Богом,
Завет любви и свободы не был еще соборным соединением человечества с Божеством.
Смеет ли Образец противиться этому грозному, священному имени, Образец, который держит это имя по старине, по наказу родительскому, который блюдет его в сердце, как
завет бога?
Неточные совпадения
«И навел Господь
Бог на человека крепкий сон», экстаз — εκστασιν, по переводу LXX [Так называемая «Септуагинта» — перевод Ветхого
Завета на греч. язык, выполненный в Александрии во II в. до н. э. «70‑ю толковниками» (лат. septuaginta — семьдесят, LXX; отсюда название этого перевода).] (Быт. 2:21), и во время этого таинственного, самим
Богом наведенного сна, помимо его ведома и сознания, органическим выделением его же женской сущности была создана
Богом жена.
Но они, познав
Бога, не прославили Его как
Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих… заменили истину ложью и служили твари вместо Творца» (1:21-5).] (понимая под ним «естественные» религии, т. е. все, кроме иудео-христианства), обе же задачи одновременно разрешаются в откровенной религии Ветхого и Нового
Завета.
Ибо Моисей, произнесши все заповеди по закону пред всем народом, взял кровь тельцов и козлов с водою и шерстью червленою и иссопом и окропил как самую книгу, так и весь народ, говоря: это кровь
завета, который заповедал вам
Бог (Исх. 24:8).
гии: хотя религия стремится иметь
Бога как «всяческая во всех», слить трансцендентное и имманентное воедино и тем преодолеть их взаимную полярность, но она и возникает именно из этой напряженности и существует только ею и вместе с нею, и в этом смысле религия есть некоторое переходное состояние — она сама стремится себя преодолеть, сама ощущает себя «ветхим
заветом».
«Ибо Господь,
Бог твой, есть огнь поядающий,
Бог ревнитель» (Втор. 4:24).], — говорит о Себе
Бог в Ветхом
Завете.