Неточные совпадения
Даже германский идеализм начала XIX века, идеализм Фихте, Гегеля и Шеллинга, при всей своей творческой мощи не
в силах был справиться с этими роковыми для всякой философии проблемами.
В силах был справиться с проблемами лишь один Франц Баадер, но путь его
был особый, не тот, что у всей философии.
У величайшего из людей, у Апостола Павла,
были встречи и видения потрясающей
силы и реальности, он выразил их
в догмате искупления.
Философия не может и не должна
быть богословской апологетикой, она открывает истину, но открыть ее
в силах лишь тогда, когда посвящена
в тайны религиозной жизни, когда приобщена к пути истины.
И существуют слишком глубокие причины,
в силу которых философия неизбежно должна
будет искать питания
в религии, возвратиться к своим истокам.
Быть может, тут избираются недостойные предметы веры,
быть может, тут совершается идолопоклонство, живой Бог подменяется ограниченными и относительными вещами, но само психологическое состояние веры не упраздняется, оно остается
в силе.
Наука ничего не знает о том едином разуме, который
в силах был бы отрицать чудесное.
Кант так далеко заходит
в своем рационализме, что для него вся действительность, все живое бытие
есть продукт знания, мышления: мир созидается категориями субъекта, и ничто не
в силах из этих тисков освободиться, ничего не является само по себе, независимо от того, что навязывается субъектом.
Чудо
есть победа благодатных, сверхприродных
сил над теми природными
силами, которые обязательно действуют планомерно, а не отмена закономерности
в порядке природы.
Он опять
будет иметь место, когда данные
силы будут действовать
в чистом виде.
В сложном взаимодействии
сил природы мы не наблюдаем действия закона
в чистом виде, так как он всегда может
быть парализован законами иными.
И весь мир, весь природный порядок
есть замкнутое помещение,
в котором закономерно действуют данные
в нем
силы.
Чудесное
есть победа над природой и над роковыми результатами действующих
в ней
сил, но не отмена законов природы, не отрицание науки, открывающей законы природы.
Спаситель явился миру
в образе раба, а не царя, и
был раздавлен
силами этого мира, и принял смерть по законам этого мира.
Зло находится вне сферы бытия, рождается из небытия и
в небытие возвращается; оно не обладает
силой, почерпнутой из божественного источника, и так же мало
есть сила, противоположная Богу, как бытие иное, конкурирующее.
Небытие же не имеет корней
в бытии и не может
быть противополагаемо бытию как равное по
силе и достоинству.
Диавол не
есть сила соотносительная с Богом, противоположная Ему, обладающая своим бытием, сравнимым с бытием
в Боге; его сфера — небытие, ложь и обман.
Для религиозного сознания ясно, что должна
быть создана космическая возможность спасения; человечество должно оплодотвориться божественной благодатью:
в мире должен совершиться божественный акт искупления, победы над грехом, источником рабства, победы, по
силе своей равной размерам содеянного преступления.
Глубоким представляется учение Мейстера Эккерта [Эккерт
был мистиком огромной
силы, но он
был пантеист, превратил христианство
в религию отвлеченной духовности и явился мистическим истоком протестантизма.] о Перво-Божестве (Gottheit), которое глубже и изначальнее Бога (Gott).
Греческая религия безнадежна,
в ней нет спасения; она
была апофеозом могущественных
сил природы и обожествлением слабых
сил человеческих.
В религии Диониса, которую теперь сближают с христианством, не
было еще личности; дионисическая трагедия целиком совершается еще
в стихии натурального рода;
в ней все возрождается
в стихийности и хаотичности природных
сил.
Христос явился миру
в образе Распятого,
был унижен и растерзан
силами этого мира.
Если бы Христос явился
в силе и славе, как Царь, то Он не
был бы Искупителем, то спасительная жертва не совершилась бы.
В конце мировой истории Христос явится как Царь, явит миру Свою
силу и славу,
будет властвовать над миром, миру обещано наступление Его тысячелетнего царства.
Протестантизм
в начале своем
был мистичен, [Германская мистика и
есть то, что
было великого и вечного
в протестантизме.] но не имел
в себе творческих религиозных
сил, нес с собой лишь отрицательную правду и
в дальнейшем своем развитии перешел
в рационализм.
Россия
в силах будет отразить восточно-монгольскую опасность, если победит
в себе татарщину, охранит себя от американской безличности и укрепит
в себе мужественно-христианскую активность личности.
Великая правда этого соединения
была в том, что языческое государство признало благодатную
силу христианской церкви, христианская же церковь еще раньше признала словами апостола, что «начальствующий носит меч не напрасно», т. е. что власть имеет положительную миссию
в мире (независимо от ее формы).
Преследования и принуждения
в делах веры и совести невозможны и нецерковны не
в силу права свободы совести или формального принципа веротерпимости, что не важно и не относится к сущности религии, а
в силу долга свободы, обязанности нести бремя,
в силу того, что свобода
есть сущность христианства.
Языческое государство не может и не должно
быть упразднено и отвергнуто, его функция остается
в силе, пока грех и зло лежат на дне человеческой природы, но государство должно
быть разоблачено как язычески-ветхозаветное, а не христиански-новозаветное.
Сведенборг не
в силах постигнуть тайну Троичности Божества, Троичность представляется ему трехбожием; он все говорит, что Христос
есть единственный Бог, что Бог — человек, что Троичность находится внутри Христа, как Его свойство.
Даже старые гностики не
в силах были совладать с тайной свободы и вынуждены
были ее отвергнуть.
Поскольку теософия требует расширения натурализма, введения
в сферу нашего знания новых областей, исследования новых
сил, новых явлений (напр., телепатических, медиумических, ясновидения и пр.), она может
быть полезна.
Магические
силы действительно кольцом окружают человека, и само понимание естества должно
быть неизбежно расширено
в сторону магического его понимания.
В католичестве
есть обратная сторона,
есть связь с темными
силами.
Есть великая религиозная тайна и святыня, которые хранятся
в чистоте православным Востоком, но
есть не менее великая религиозная
сила, которая действует на католическом Западе.
Обнаруживала ли ими болеющая душа скорбную тайну своей болезни, что не успел образоваться и окрепнуть начинавший в нем строиться высокий внутренний человек; что, не испытанный измлада в борьбе с неудачами, не достигнул он до высокого состоянья возвышаться и крепнуть от преград и препятствий; что, растопившись, подобно разогретому металлу, богатый запас великих ощущений не принял последней закалки, и теперь, без упругости, бессильна его воля; что слишком для него рано умер необыкновенный наставник и нет теперь никого во всем свете, кто бы
был в силах воздвигнуть и поднять шатаемые вечными колебаньями силы и лишенную упругости немощную волю, — кто бы крикнул живым, пробуждающим голосом, — крикнул душе пробуждающее слово: вперед! — которого жаждет повсюду, на всех ступенях стоящий, всех сословий, званий и промыслов, русский человек?
Неточные совпадения
Теперь с каким она вниманьем // Читает сладостный роман, // С каким живым очарованьем //
Пьет обольстительный обман! // Счастливой
силою мечтанья // Одушевленные созданья, // Любовник Юлии Вольмар, // Малек-Адель и де Линар, // И Вертер, мученик мятежный, // И бесподобный Грандисон, // Который нам наводит сон, — // Все для мечтательницы нежной //
В единый образ облеклись, //
В одном Онегине слились.
Но так и
быть: я сам себе // Противиться не
в силах боле;
Неправильный, небрежный лепет, // Неточный выговор речей // По-прежнему сердечный трепет // Произведут
в груди моей; // Раскаяться во мне нет
силы, // Мне галлицизмы
будут милы, // Как прошлой юности грехи, // Как Богдановича стихи. // Но полно. Мне пора заняться // Письмом красавицы моей; // Я слово дал, и что ж? ей-ей, // Теперь готов уж отказаться. // Я знаю: нежного Парни // Перо не
в моде
в наши дни.
— Теперь тот самый, у которого
в руках участь многих и которого никакие просьбы не
в силах были умолить, тот самый бросается теперь к ногам вашим, вас всех просит.
— Ну нет,
в силах! У тетушки натура крепковата. Это старушка — кремень, Платон Михайлыч! Да к тому ж
есть и без меня угодники, которые около нее увиваются. Там
есть один, который метит
в губернаторы, приплелся ей
в родню… бог с ним! может
быть, и успеет! Бог с ними со всеми! Я подъезжать и прежде не умел, а теперь и подавно: спина уж не гнется.