Неточные совпадения
Противоречия русского бытия всегда находили себе отражение в русской литературе и русской
философской мысли.
В терминах
философских это значит, что Россия всегда чувствует мужественное начало себе трансцендентным, а не имманентным, привходящим извне.
В последнее время эти подлинные народные религиозные переживания проникли и в наши культурные религиозно-философские течения, но уже в отраженной и слишком стилизованной, искусственной форме.
Тема — основная для нашего национального самосознания и очень ответственная; тема — основная для философии истории и требующая серьезной
философской подготовки.
Тема эта требует большого
философского углубления.
Горький, по-видимому, прошел мимо огромной
философской работы, которая происходила на Западе за последние десятилетия и которая не оставила камня на камне от наивно-натуралистического и наивно-материалистического мировоззрения.
Горький благоговейно утверждает разум в каком-то очень наивном, не критическом, совсем не
философском смысле слова.
Брошюры толстовские, брошюры «религиозно-философской библиотеки» М. А. Новоселова и брошюры социально-революционные обнаруживают совершенно одинаковую нелюбовь и презрение к мысли.
Наша «передовая» интеллигенция безнадежно отстает от движения европейской мысли, от все более и более усложняющегося и утончающегося
философского и научного творчества.
Это было в нашем расколе, в мистическом сектантстве и у такого русского национального гения, как Достоевский, и этим окрашены наши религиозно-философские искания.
С
философской точки зрения относительная историческая жизнь может быть признана самостоятельной сферой самой абсолютной жизни, одним из явлений ее разыгрывающейся драмы.
Идея демократии была осознана и формулирована в такую историческую эпоху, когда религиозное и
философское сознание передовых слоев европейского человечества было выброшено на поверхность и оторвано от глубины, от духовных истоков человека.
Взгляды эмпириков и позитивистов на истину были противоречивы и неопределенны, но в сущности они также признавали ее несомненность, как и противоположные
философские направления, для которых истина стала абсолютной.
Диалектическая ложь, широко практикуемая марксистами на практике, оправдывается диалектическим материализмом, который, в глубоком противоречии со своими
философскими основами, признается наконец открытой абсолютной истиной.
В широких
философских наивных кругах торжествует релятивизм и историзм, в которых есть доля правды по сравнению со старым статическим пониманием истины, но есть еще большая доля коренной лжи.
Этот объективизм в понимании истины и истинного познания свойствен совсем не только так называемому наивному реализму, который отвергается большей частью
философских направлений.
Только у Кьеркегора истина в субъективности и индивидуальности, но это не получает у него
философского обоснования.
Это есть очень серьезный кризис
философской мысли.
Экзистенциалисты новой формации могут сказать, что моя
философская точка зрения предполагает миф о Боге и миф о Духе.
Приходят к тому, что
философское познание должно быть экзистенциально, но оно невозможно, потому что познающий разум не может познавать существования, которое никогда не может быть объектом.
В них с новой остротой ставится вопрос о человеке и требование новой религиозной и
философской антропологии.
Она вытекает из
философского мировоззрения коммунизма, из его религиозной веры.
Вопрос о реальности очень сложный вопрос, и он кажется простым лишь для сознания не
философского.
Она не соответствует современной социальной действительности и современной
философской и научной мысли, во многих частях своих она совершенно устарела.
Маркс хотел ввести конкретного человека в
философское миросозерцание и думал, что он это делает, утверждая материализм, хотя материализм есть абстрактная, наименее конкретная из философий.
Само слово диалектический материализм, которое есть противоречие в терминах, употребляется для целей пропаганды, а не для
философского применения.
Марксистская классификация
философских доктрин, особенно развитая Энгельсом, на идеализм, признающий примат сознания над бытием, и материализм, признающий примат бытия над сознанием, совершенно несостоятельна и связана с
философской атмосферой 40-х годов прошлого века.
Над этим билась
философская мысль тысячелетия, и ее величайшие представители подавали свой голос не за материализм, который заменялся лишь очень второстепенными, посредственными философами.
Особенной наивностью отличается единственная
философская книга Ленина, имевшая полемическую цель.
Он принимает наивно-реалистическое предположение, которое могло бы быть сделано до возникновения
философской критики.
Можно дать
философское определение мистики, объединяющее ее разнообразные формы.
Неточные совпадения
Он не чертил ей таблиц и чисел, но говорил обо всем, многое читал, не обегая педантически и какой-нибудь экономической теории, социальных или
философских вопросов, он говорил с увлечением, с страстью: он как будто рисовал ей бесконечную, живую картину знания. После из памяти ее исчезали подробности, но никогда не сглаживался в восприимчивом уме рисунок, не пропадали краски и не потухал огонь, которым он освещал творимый ей космос.
Книгопечатание родило ценсуру; разум
философский в XVIII столетии произвел иллуминатов.
Нас учат философии, проходим мы логику, метафизику, ифику, богословию, но, по словам Кутейкина в «Недоросле», дойдем до конца
философского учения и возвратимся вспять.
— Я думаю, — сказал Константин, — что никакая деятельность не может быть прочна, если она не имеет основы в личном интересе. Это общая истина,
философская, — сказал он, с решительностью повторяя слово
философская, как будто желая показать, что он тоже имеет право, как и всякий, говорить о философии.
Левин чувствовал, что неприлично было бы вступать в
философские прения со священником, и потому сказал в ответ только то, что прямо относилось к вопросу.