Неточные совпадения
Христианство не допускает
народной исключительности и
народной гордости, осуждает то
сознание, по которому мой народ выше всех народов и единственный религиозный народ.
В каком же смысле русское
народное православное
сознание верит в святую Русь и всегда утверждает, что Русь живет святостью, в отличие от народов Запада, которые живут лишь честностью, т. е. началом менее высоким?
У польских мессианистов, у Мицкевича, Товянского, Цешковского, было очень чистое жертвенное
сознание, оно загоралось в сердце
народном от великих страданий.
Мессианское
сознание народа может быть лишь плодом великих
народных страданий.
Без такого
сознания не может быть закала
народного характера.
Лишь утверждение
народного, имманентно-человеческого характера государства должно привести к тому высшему
сознанию, что государство — в человеке и каждый человек за него ответственен.
Взгляните же, что у нас делается в этом отношении — крестьяне освобождаются, и сами помещики, утверждавшие прежде, что еще рано давать свободу мужику, теперь убеждаются и сознаются, что пора развязаться с этим вопросом, что он действительно созрел в
народном сознании…
Петр не внес чуждых принципов в те элементы государственного устройства, которые г. Устрялов называет основными; он даже не мог их коснуться, при всей решимости своего характера, именно потому, что такое коренное изменение не было выработано в
народном сознании.
Неточные совпадения
Это чувство погруженности в ничто,
сознание онтологического своего ничтожества, жутко и мучительно, — бездонная пропасть внушает ужас даже в сказках (этот мотив встречается и в русской
народной сказке).
Последний затемняет религиозное
сознание не только уединенных мыслителей, но и
народных масс, мистически оторванных от земли: таковы социалисты, ставшие жертвою неистовой и слепой лжеэсхатологии, по исступленности своей напоминающей мессианические чаяния еврейства в христианскую эру [О соотношении социализма, эсхатологии и хилиазма см. в статье Булгакова «Апокалиптика и социализм» (Два града. М., 1911.
Якобинцы и вообще революционеры принадлежали к меньшинству, отделившемуся от
народной жизни развитием: они составляли нечто вроде светского духовенства, готового пасти стада людские. Они представляли высшую мысль своего времени, его высшее, но не общее
сознание, не мысль всех.
Помирятся ли эти трое, померившись, сокрушат ли друг друга; разложится ли Россия на части, или обессиленная Европа впадет в византийский маразм; подадут ли они друг другу руку, обновленные на новую жизнь и дружный шаг вперед, или будут резаться без конца, — одна вещь узнана нами и не искоренится из
сознания грядущих поколений, это — то, что разумное и свободное развитие русского
народного быта совпадает с стремлениями западного социализма.
Лишь в эпоху эллинистическую, ко времени явления Христа в религиозном
сознании иудаизма духовный элемент начинает освобождаться от власти элемента натуралистического, что означает высвобождение личности, выход ее из растворенности в родовой,
народной жизни.