Исключительное господство восточной стихии в России всегда было рабством у женственного природного начала и кончалось царством хаоса, то реакционного, то революционного.
Он не мог противостоять потоку националистической реакции 80-х годов, не мог противостоять потоку декадентства в начале XX века, не мог противостоять революционному потоку 1905 г., а потом новому реакционному потоку, напору антисемитизма в эпоху Бейлиса, наконец, не может противостоять могучему потоку войны, подъему героического патриотизма и опасности шовинизма.
Но А. Д. Самарин столкнулся с темным, иррациональным началом в церковной жизни, в точке скрепления церкви и государства, с влияниями, которые не могут быть даже названы реакционными, так как для них нет никакого разумного имени.
Это реакционное идеализирование нередко у нас принимает форму упоенности русским бытом, теплом самой русской грязи и сопровождается враждой ко всякому восхождению.
Централизм реакционный и централизм революционный могут быть в одинаковом несоответствии с тем, что совершается в глубине России, в недрах народной жизни.
Она с годами превращалась в реально правящую силу, своеобразную вооружённую партию, выступающую на политической арене вместе с некоторыми наиболее реакционными партиями.
Несмотря на усиление реакционной политики и то, что царь всё больше стал напоминать своего безумного отца, он оставался тем, кто начал царствование с проведения либеральных реформ.
К антисемитизму прибегают перед неминуемым свершением судьбы и всемирно-исторические эпохи, и правительства реакционных неудачливых государств, и отдельные люди, стремящиеся выправить свою неудачливую жизнь.
Расизм — это спекулятивная подделка под борьбу за народные интересы. На самом деле расизм — это инструмент для манипулирования народом в карьеристских целях узкой реакционной группы.
Она с годами превращалась в реально правящую силу, своеобразную вооружённую партию, выступающую на политической арене вместе с некоторыми наиболее реакционными партиями.
Несмотря на усиление реакционной политики и то, что царь всё больше стал напоминать своего безумного отца, он оставался тем, кто начал царствование с проведения либеральных реформ.
Не всегда это самое мощное и физически сильное животное, иногда просто превосходящее остальных по темпераменту и реакционной способности.