В каждой отдельной способности человека —
целый мир в зародыше, который и выявляется от времени до времени при дисгармоническом раздражении» [См. там же, с. 303.]. «Поскольку человек по своей двойственной природе есть зеркало самой Истины в том смысле, что законы всего духовного и всего чувственного коренятся в его собственных законах, постольку человек божественной природы» [См. там же, с. 304.]. «Истинно благая воля в человеке есть Христос в нем» [См. там же, с. 352.].
И неизвестно, что устоит в этом распластовании и распылении человека и мира, есть ли устойчивая субстанция — я, есть ли человек, которого не в силах снести порыв стихийного мирового вихря, который пребудет и после гибели
целых миров.
Неточные совпадения
Наука по существу своему и по
цели своей всегда познает
мир в аспекте необходимости, и категория необходимости — основная категория научного мышления как ориентирующего приспособления к данному состоянию бытия.
У Бергсона и Джемса весь данный нам, не подлинный
мир есть как бы создание науки и логических понятий, преследующих
цели прагматически-корыстные.
Цель философии — не создание системы, а творческий познавательный акт в
мире.
Бог, творец
мира и всего, что он в себе заключает, управляет всем этим
целым и подчиняет его управлению человека.
Человек как необходимая часть природного
мира захотел свободы и самостоятельности, субъективно и произвольно поставил себя
целью в природе.
Но он собственными силами подымается по ступеням природного
мира и сам ставит себя
целью.
Цель творческого порыва — достижение иной жизни, иного
мира, восхождение в бытии.
Ни один мистик не видел в аскетике содержания и
цели религиозной жизни, ибо содержание и
цель есть уже
мир иной, стяжание божественной жизни.
И вот я спрашиваю: для судьбы России, для судьбы
мира, для
целей Промысла Божьего лучше ли было бы, если бы в России в начале XIX века жили не великий святой Серафим и великий гений Пушкин, а два Серафима, два святых — святой Серафим в губернии Тамбовской и святой Александр в губернии Псковской?
Прежде всего, совсем нельзя верить тому, что сексуальный акт когда-либо и кем-либо в
мире совершался для добродетельных
целей деторождения, он всегда совершался стихийно, по страсти, для призрачного самоудовлетворения [Это научно изобличает Фрейд.
И
цель последняя — не красота как культурная ценность, а красота как сущее, т. е. претворение хаотического уродства
мира в красоту космоса.
И если иллюзорна
цель превращения жизни в искусство, то
цель претворения жизни этого
мира в бытийственную красоту, в красоту сущего, космоса — мистически реальна.
Буржуазность есть приспособление к мировой данности в
целях устроения, спокойствия и безопасности в этом
мире.
Буржуазный
мир буржуазного
мира — не космичен, это плохая бесконечность вражды, введенной в нормы и границы из
целей корыстных и слишком человеческих.
«Существует только единственный путь достижения свободы —
цели человечества, путь отрешения от этой маленькой жизни, этого маленького
мира, от этой земли, небес, тела, земных чувств, путь отрешения от всех вещей» [См. Вивекананда.
Дня через четыре приезжает Азамат в крепость. По обыкновению, он зашел к Григорию Александровичу, который его всегда кормил лакомствами. Я был тут. Зашел разговор о лошадях, и Печорин начал расхваливать лошадь Казбича: уж такая-то она резвая, красивая, словно серна, — ну, просто, по его словам, этакой и в
целом мире нет.
Он был как будто один в
целом мире; он на цыпочках убегал от няни, осматривал всех, кто где спит; остановится и осмотрит пристально, как кто очнется, плюнет и промычит что-то во сне; потом с замирающим сердцем взбегал на галерею, обегал по скрипучим доскам кругом, лазил на голубятню, забирался в глушь сада, слушал, как жужжит жук, и далеко следил глазами его полет в воздухе; прислушивался, как кто-то все стрекочет в траве, искал и ловил нарушителей этой тишины; поймает стрекозу, оторвет ей крылья и смотрит, что из нее будет, или проткнет сквозь нее соломинку и следит, как она летает с этим прибавлением; с наслаждением, боясь дохнуть, наблюдает за пауком, как он сосет кровь пойманной мухи, как бедная жертва бьется и жужжит у него в лапах.
Дом был большой, старинный, и Левин, хотя жил один, но топил и занимал весь дом. Он знал, что это было глупо, знал, что это даже нехорошо и противно его теперешним новым планам, но дом этот был
целый мир для Левина. Это был мир, в котором жили и умерли его отец и мать. Они жили тою жизнью, которая для Левина казалась идеалом всякого совершенства и которую он мечтал возобновить с своею женой, с своею семьей.
Неточные совпадения
От хладного разврата света // Еще увянуть не успев, // Его душа была согрета // Приветом друга, лаской дев; // Он сердцем милый был невежда, // Его лелеяла надежда, // И
мира новый блеск и шум // Еще пленяли юный ум. // Он забавлял мечтою сладкой // Сомненья сердца своего; //
Цель жизни нашей для него // Была заманчивой загадкой, // Над ней он голову ломал // И чудеса подозревал.
И этак проводил время, один-одинешенек в
целом <
мире>, [В угловых скобках даются отсутствующие в рукописи, но необходимые по смыслу слова.] молодой тридцатидвухлетний человек, сидень сиднем, в халате, без галстука.
— И такой скверный анекдот, что сена хоть бы клок в
целом хозяйстве! — продолжал Плюшкин. — Да и в самом деле, как прибережешь его? землишка маленькая, мужик ленив, работать не любит, думает, как бы в кабак… того и гляди, пойдешь на старости лет по
миру!
Вы собирали его, может быть, около года, с заботами, со старанием, хлопотами; ездили, морили пчел, кормили их в погребе
целую зиму; а мертвые души дело не от
мира сего.
Он вдруг вспомнил слова Сони: «Поди на перекресток, поклонись народу,
поцелуй землю, потому что ты и пред ней согрешил, и скажи всему
миру вслух: „Я убийца!“ Он весь задрожал, припомнив это.