Но гуманизм не знает человека как образа и подобия Божьего, ибо не хочет знать Бога, не знает человека как
свободного духа, ибо он во власти природной необходимости.
Или человек — образ и подобие Абсолютного Божественного Бытия — тогда он
свободный дух, царь и центр космоса; или человек — образ и подобие данного природного мира — тогда нет человека, а есть лишь одно из преходящих явлений природы.
Она зовет к иному, не «от мира сего» соединению всех в христианском всечеловечестве, к соединению всех в
свободном Духе, а не в необходимой природе.
Неточные совпадения
Ибо изначальный грех и есть рабство, несвобода
духа, подчинение диавольской необходимости, бессилие определить себя
свободным творцом, утеря себя через утверждение себя в необходимости «мира», а не в свободе Бога.
Философия хранит познание истины как мужскую солнечную активность в отношении к познаваемому [Р. Штейнер в одной из первых своих работ, «Истина и наука», написанной без всякой теософической терминологии, удачно выражает творческую природу познания истины: «Истина не представляет, как это обыкновенно принимают, идеального отражения чего-то реального, но есть
свободное порождение человеческого
духа, порождение, которого вообще не существовало бы нигде, если бы мы его сами не производили.
Жизнь в
Духе есть жизнь
свободная и творческая.
Антропологическое откровение, зачатое в Сыне, окончательно завершается в
Духе, в
свободном творчестве человека, живущего в
Духе.
Третьего откровения нельзя ждать, его должен совершить сам человек, живущий в
Духе, совершить
свободным творческим актом.
В Боге Сыне и Боге
Духе раскрывается, что Бог продолжает творение вместе с человеком и его
свободной мощью.
Не понимают тайны свободы и те, которые видят в ней лишь особую форму духовной детерминированности, детерминированности не внешней, а внутренней, т. е. считают
свободным все, что порождается причинами, лежащими внутри человеческого
духа.
Человек —
свободный, сверхприродный
дух, микрокосм.
Только
свободный познает свободу, только творящий познает творчество, только
дух познает духовное, только микрокосм познает макрокосм.
Есть мораль слабости и мораль силы; мораль сострадания, блага людей, альтруизма и мораль ценностей, творческого повышения; мораль рабьей обиды и мораль
свободной вины; мораль аристократического благородства
духа и мораль
духа рабски-плебейского.
Это — жизнь в
Духе, а не в мире, жизнь, духовно
свободная от реакций на мир и мирское [Это и есть медитация, духовная сосредоточенность, освобождающая человека от внешнего и призрачного «мира».].
То же приспособление к злой необходимости есть и в абсолютной монархии, и в социалистической республике, то же отсутствие общения в
Духе, общения творчески
свободного, то же послушание бремени закона, изобличающего грех.
Церковь есть
свободная жизнь в
Духе Христовом.
Никакая философия истории, славянофильская или западническая, не разгадала еще, почему самый безгосударственный народ создал такую огромную и могущественную государственность, почему самый анархический народ так покорен бюрократии, почему
свободный духом народ как будто бы не хочет свободной жизни?
Неточные совпадения
Он перевел
дух свободнее. «Наверно, не то!» Мало-помалу он стал ободряться, он усовещивал себя всеми силами ободриться и опомниться.
Он знал цену этим редким и дорогим свойствам и так скупо тратил их, что его звали эгоистом, бесчувственным. Удержанность его от порывов, уменье не выйти из границ естественного,
свободного состояния
духа клеймили укором и тут же оправдывали, иногда с завистью и удивлением, другого, который со всего размаха летел в болото и разбивал свое и чужое существование.
запел он и, сунув палку под мышку, потряс
свободной рукой ствол молодой сосны. — Костерчик разведи, только — чтобы огонь не убежал. Погорит сушняк — пепел будет, дунет ветер — нету пеплу! Все —
дух. Везде. Ходи в
духе…
Да и так ли еще: сколь многие из этих избранников, из могучих, которые могли бы стать избранниками, устали наконец, ожидая тебя, и понесли и еще понесут силы
духа своего и жар сердца своего на иную ниву и кончат тем, что на тебя же и воздвигнут
свободное знамя свое.
Можно лишь противопоставлять низкому, рабскому
духу дух свободный и высокий.