Неточные совпадения
Великий мистик православного Востока св. Симеон Новый Богослов красиво говорит: «Все твари, когда увидели, что
Адам изгнан из
рая, не хотели более повиноваться ему, ни луна, ни прочие звезды не хотели показываться ему; источники не хотели источать воду,
и реки продолжать течение свое; воздух думал не дуть более, чтобы не давать дышать Адаму, согрешившему; звери
и все животные земные, когда увидели, что он обнажился от первой славы, стали презирать его,
и все тотчас готовы были напасть на него; небо устремлялось было пасть на него,
и земля не хотела носить его более.
Когда тинктура огня очистится совершенно — в нее будет возвращена София,
Адам вновь обоймет свою всечестную невесту, которая была отнята у него во время его первого сна,
и не станет более ни мужчина, ни женщина, но лишь одна ветвь на Христовом жемчужном дереве, что стоит в Божьем
раю» [Там же, с. 150–151.].
— Дай этот грош нищему… Христа ради! — шептал он страстно, держа ладонь перед ней, — дай еще этого
рая и ада вместе! дай жить, не зарывай меня живого в землю!.. — едва слышно договаривал он, глядя на нее с отчаянием.
Вечные законы бога с их вечным
раем и адом превратились в правила практической философии, основанные на ловких расчетах выгод и потерь, со слабым остатком уважения к радостям, доставляемым добродетелью и возвышенной нравственностью.
Помню, я много кричал и размахивал руками, но еще никогда я не любил мою чистую Марию так нежно, так сладко и больно, как в этом угарном чаду, пропитанном запахами вина, апельсинов и какого-то горящего сала, в этом диком кругу чернобородых, вороватых лиц и жадно сверкающих глаз, среди мелодичного треньканья мандолин, открывшего мне самую преисподнюю
рая и ада!
Неточные совпадения
— Вот он вас проведет в присутствие! — сказал Иван Антонович, кивнув головою,
и один из священнодействующих, тут же находившихся, приносивший с таким усердием жертвы Фемиде, что оба рукава лопнули на локтях
и давно лезла оттуда подкладка, за что
и получил в свое время коллежского регистратора, прислужился нашим приятелям, как некогда Виргилий прислужился Данту, [Древнеримский поэт Вергилий (70–19 гг. до н. э.) в поэме Данте Алигьери (1265–1321) «Божественная комедия» через
Ад и Чистилище провожает автора до
Рая.]
и провел их в комнату присутствия, где стояли одни только широкие кресла
и в них перед столом, за зерцалом [Зерцало — трехгранная пирамида с указами Петра I, стоявшая на столе во всех присутственных местах.]
и двумя толстыми книгами, сидел один, как солнце, председатель.
— Когда изгоняемый из
рая Адам оглянулся на древо познания, он увидал, что бог уже погубил древо: оно засохло. «
И се диавол приступи Адамови
и рече: чадо отринутое, не имаши путя инаго, яко на муку земную.
И повлек Адама во
ад земный
и показа ему вся прелесть
и вся скверну, их же сотвориша семя Адамово». На эту тему мадьяр Имре Мадач весьма значительную вещь написал. Так вот как надо понимать, Лидочка, а вы…
— Народом обо всем подумано, милая Лидия Тимофеевна:
и о
рае неведения
и об
аде познания.
— Жестокие, сатанинские слова сказал пророк Наум. Вот, юноши, куда посмотрите: кары
и мести отлично разработаны у нас, а — награды? О наградах — ничего не знаем. Данты, Мильтоны
и прочие, вплоть до самого народа нашего,
ад расписали подробнейше
и прегрозно, а —
рай? О
рае ничего нам не сказано, одно знаем: там ангелы Саваофу осанну поют.
— Знаю, что наступит
рай для меня, тотчас же
и наступит, как объявлю. Четырнадцать лет был во
аде. Пострадать хочу. Приму страдание
и жить начну. Неправдой свет пройдешь, да назад не воротишься. Теперь не только ближнего моего, но
и детей моих любить не смею. Господи, да ведь поймут же дети, может быть, чего стоило мне страдание мое,
и не осудят меня! Господь не в силе, а в правде.