Неточные совпадения
Философия хранит познание
истины как мужскую солнечную активность в отношении к познаваемому [Р. Штейнер в одной из первых своих работ, «
Истина и наука», написанной без всякой теософической терминологии, удачно выражает творческую
природу познания
истины: «
Истина не представляет, как это обыкновенно принимают, идеального отражения чего-то реального, но есть свободное порождение человеческого духа, порождение, которого вообще не существовало бы нигде, если бы мы его сами не производили.
Для христианского общения, для церковного сознания
истины о Троичности Божества и о богочеловеческой
природе Христа не менее общеобязательны, чем
истины математики, чем законы физики.
Неумирающая
истина астрологии была в этой глубокой уверенности, что на человеке и судьбе его отпечатлены все наслоения космоса, все сферы неба, что человек по
природе космичен.
В каждой отдельной способности человека — целый мир в зародыше, который и выявляется от времени до времени при дисгармоническом раздражении» [См. там же, с. 303.]. «Поскольку человек по своей двойственной
природе есть зеркало самой
Истины в том смысле, что законы всего духовного и всего чувственного коренятся в его собственных законах, постольку человек божественной
природы» [См. там же, с. 304.]. «Истинно благая воля в человеке есть Христос в нем» [См. там же, с. 352.].
Познание имманентно бытию, идеи живут внутри
природы как ее творческие силы, познание
истины есть жизнь в
истине.
Но он не сознал и не нашел имени для той
истины, что регуляция
природы человеческой активностью есть положительная, светлая магия.
Философия и наука есть неудача в творческом познании
истины; искусство и литература — неудача в творчестве красоты; семья и половая жизнь — неудача в творчестве любви; мораль и право — неудача в творчестве человеческих отношений; хозяйство и техника — неудача в творческой власти человека над
природой.
Неточные совпадения
Логика научила его рассуждать; математика — верные делать заключения и убеждаться единою очевидностию; метафизика преподала ему гадательные
истины, ведущие часто к заблуждению; физика и химия, к коим, может быть, ради изящности силы воображения прилежал отлично, ввели его в жертвенник
природы и открыли ему ее таинства; металлургия и минералогия, яко последственницы предыдущих, привлекли на себя его внимание; и деятельно хотел Ломоносов познать правила, в оных науках руководствующие.
Ужели, вещал я сам себе,
природа толико скупа была к своим чадам, что от блудящего невинно сокрыла
истину навеки?
— «Людей, говорит, моего класса, которые принимают эту философию истории как
истину обязательную и для них, я, говорит, считаю ду-ра-ка-ми, даже — предателями по неразумию их, потому что неоспоримый закон подлинной истории — эксплоатация сил
природы и сил человека, и чем беспощаднее насилие — тем выше культура». Каково, а? А там — закоренелые либералы были…
— Большинство людей только ищет красоту, лишь немногие создают ее, — заговорил он. — Возможно, что в
природе совершенно отсутствует красота, так же как в жизни —
истина;
истину и красоту создает сам человек…
Я, может быть, единственный человек во всей
природе, который любит
истину и искренно желает добра.