Неточные совпадения
Демократизм (в метафизическом, а не социальном смысле слова) глубоко буржуазен, ибо ставит благополучие и устроение людей выше ценности,
количество выше качества, средне-общее выше индивидуального, распределение выше творчества.
Христианство признает абсолютную ценность всякого человеческого лица, но это признание ничего
общего не имеет с демократической механикой
количеств.
И поистине грядущая в мире творческая мораль, знаменующая великую моральную революцию, — не демократическая, а аристократическая мораль, ибо творчество все в качестве, а не в
количестве, в ценности, а не благополучии, в индивидуальном, а не в средне-общем, в восхождении, а не в распределении, в организме, а не в механизме.
Не только утилитаризм, но и альтруизм есть учение буржуазно-демократической морали, серединно-общей морали благополучия, морали
количеств.
Мистика жертвенности неведома этой морали, и вот она требует жертвы качества
количеству, индивидуального средне-общему, ценности благополучию, т. е. того, что от мира иного, тому, что от мира сего.
Для нее власть в мире должна принадлежать механике
количеств, не высоко-индивидуальному, а средне-общему.
Неточные совпадения
Дела эти занимали его не потому, чтоб он оправдывал их для себя какими-нибудь
общими взглядами, как он это делывал прежде; напротив, теперь, с одной стороны, разочаровавшись неудачей прежних предприятий для
общей пользы, с другой стороны, слишком занятый своими мыслями и самым
количеством дел, которые со всех сторон наваливались на него, он совершенно оставил всякие соображения об
общей пользе, и дела эти занимали его только потому, что ему казалось, что он должен был делать то, что он делал, — что он не мог иначе.
Отвечая на главный пункт вопроса, касающийся удешевления порций, они предложили свои собственные табели, которые, однако, обещали совсем не те сбережения, каких хотело тюремное ведомство. «Сбережения материального не будет, — писали они, — но взамен того можно ожидать улучшения
количества и качества арестантского труда, уменьшения числа больных и слабосильных, подымется
общее состояние здоровья арестантов, что отразится благоприятно и на колонизации Сахалина, дав для этой цели полных сил и здоровья поселенцев».
С разными"барами", какие и тогда водились в известном
количестве, я почти что не встречался и не искал их. А русских обывателей Латинской страны было мало, и они также мало интересного представляли собою. У Вырубова не было своего"кружка". Два-три корреспондента, несколько врачей и магистрантов, да и то разрозненно, — вот и все, что тогда можно было иметь. Ничего похожего на ту массу русской молодежи — и эмигрантской и
общей, какая завелась с конца 90-х годов и держится и посейчас.
За ним встают в памяти различные, менее характерные фигуры того же среднего регистра.
Общими усилиями, с большим или меньшим успехом они гнали нас по программам, давая умам, что полагалось по штату. Дело, конечно, полезное. Только… это умственное питание производилось приблизительно так, как откармливают в клетках гусей, насильственно проталкивая постылую пищу, которую бедная птица отказывается принимать в требуемом
количестве по собственному побуждению.
Но уже давно известно, что всюду, где большое
количество людей долго занято одним и тем же делом, где интересы
общие, где все разговоры уже переговорены, где конец занимательности и начало равнодушной скуки, как, например, на кораблях в кругосветном рейсе, в полках, в монастырях, в тюрьмах, в дальних экспедициях и так далее, и так далее, — там, увы, неизбежно заводится самый отвратительный грибок — сплетня, борьба с которым необычайно трудна и даже невозможна.