Лишь жертвенная решимость стать в положение опасное и рискованное, плыть от старых и твердых берегов к неведомому и не открытому еще материку, от которого не протягиваются руки помощи, лишь страшная свобода
делает человека достойным увидеть Абсолютного Человека, в котором окончательно раскроется творческая тайна человека.
Неточные совпадения
И критическая философия
делает поучительный опыт очиститься и освободиться от
человека.
Эмпиризм и позитивизм
делают основой философствования частные и низшие сферы ощущений и внешнего опыта, дробя дух
человека.
Рационализм и критицизм
делают основой философствования тоже частные, хотя и более высокие сферы категорий разума, по-иному дробя дух
человека и пытаясь
сделать познание нечеловеческим.
Но эволюционизм Штейнера
делает не до конца ясным, признает ли он Перво-Адама, Небесного
Человека, предшествующего всей мировой эволюции.
Но Бог, сотворивший всяческое и
человека создавший — что
сделал?..
Коперник и Дарвин, по-видимому, окончательно его сокрушили и
сделали идею центральности
человека неприемлемой для научного сознания.
Утеряв свою солнечность,
человек впал в солнцепоклонство и огнепоклонство,
сделал себе бога из внешнего солнца.
В силах это
сделать лишь Абсолютный, Божественный
Человек, через которого всякий
человек причастен божественной природе и божественной силе.
Все трудное, проблематическое и трагическое в
человеке захотел упразднить гуманизм, чтобы лучше устроить
человека на земле, чтобы
сделать его счастливым.
Это сознание противно глубочайшей сущности христианства, которое
делает Бога имманентным человеческой природе и потому не допускает совершенно трансцендентного разрыва здешнего мира и мира потустороннего [Кн. Е. Трубецкой в своем «Миросозерцании Вл. С. Соловьева» странным образом оправдывает свободное творчество
человека в мире через крайнее отдаление потустороннего божественного мира от мира здешнего.
Бог «
делает все не только лишь для
человека, но и через
человека…
Несовершеннолетие христианского сознания
делало невозможным еще сознание последней свободы
человека.
А послушание последствиям греха
делает безопасной жизнь
человека в «мире».
Мистическое учение Бёме о
человеке как андрогине
делает понятным, почему Иисус Христос, абсолютный и совершенный
человек, не знал женщины и, по-видимости, не осуществил в своей жизни тайны брака.
И ныне еще, после того как
человек уже стал мужчиной и женщиной, та же София, лишь только он к ней внутренно обратится,
делает и мужчину и женщину хотя бы внутренно причастными андрогинной и ангельской природе» [Там же, с. 191–192.].
Раздельность мужского и женского — этот знак падения
человека делает трагедию любви безысходной.
Христианское трансцендентное чувство бытия так глубоко захватило природу
человека, что
сделало невозможным цельное и законченное исповедание имманентных идеалов жизни.
В XV веке во Флоренции искусство
делает огромные успехи и завоевания, в нем творчество
человека освобождается.
Но технические силы цивилизации властвуют над самим
человеком,
делают его рабом, убивают его душу.
Историческая Петрова церковь бессильна удовлетворить современного
человека, она не может справиться с его религиозной трагедией, она всегда отвечает не на то, о чем спрашивают, она утоляет не ту муку, лечит не те раны, она помогает спастись от грехов младенческих, но ничего не в силах
сделать с грехами зрелыми, она не хочет знать нового в
человеке.
Клим отказался. Тогда Тагильский, пожав его руку маленькой, но крепкой рукою, поднял воротник пальто, надвинул шляпу на глаза и свернул за угол, шагая так твердо, как это
делает человек, сознающий, что он выпил лишнее.
Неточные совпадения
Но Ленский, не имев, конечно, // Охоты узы брака несть, // С Онегиным желал сердечно // Знакомство покороче свесть. // Они сошлись. Волна и камень, // Стихи и проза, лед и пламень // Не столь различны меж собой. // Сперва взаимной разнотой // Они друг другу были скучны; // Потом понравились; потом // Съезжались каждый день верхом // И скоро стали неразлучны. // Так
люди (первый каюсь я) // От
делать нечего друзья.
— В том-то и дело, что есть. Зять
делал выправки: говорит, будто и след простыл, но ведь он
человек военный: мастер притопывать шпорой, а если бы похлопотать по судам…
Услыша эти слова, Чичиков, чтобы не
сделать дворовых
людей свидетелями соблазнительной сцены и вместе с тем чувствуя, что держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его руки. В это самое время вошел Порфирий и с ним Павлушка, парень дюжий, с которым иметь дело было совсем невыгодно.
— Это
человек, который не то что именьем помещика, — целым государством управит. Будь у меня государство, я бы его сей же час
сделал министром финансов.
— Да не позабудьте, Иван Григорьевич, — подхватил Собакевич, — нужно будет свидетелей, хотя по два с каждой стороны. Пошлите теперь же к прокурору, он
человек праздный и, верно, сидит дома, за него все
делает стряпчий Золотуха, первейший хапуга в мире. Инспектор врачебной управы, он также
человек праздный и, верно, дома, если не поехал куда-нибудь играть в карты, да еще тут много есть, кто поближе, — Трухачевский, Бегушкин, они все даром бременят землю!